Солнце полуночи

Элис показывала мне машины из находящихся впереди, я оценивал их, прежде чем остановить выбор.

В «корвете» будет тесно, наш совокупный вес повлияет на движение в большей степени, чем в нынешней стритрейсерской тачке. Мысленно я вычеркнул еще несколько машин. А потом Элис увидела его – лоснящийся черный «БМВ S1000 RR». Верхний предел скорости – сто девяносто.

«Эдвард, это невозможно».

Но вид меня верхом на обтекаемом черном байке был таким заманчивым, что я не стал ее слушать.

«Эдвард, тебе понадобимся мы все».

Внезапно ее мысли заполнились картинами увечий и крови, человеческими и нечеловеческими воплями, лязгом металла. В центре этого образа находился Карлайл с руками, блестящими от багровой влаги.

Джаспер по-прежнему не давал мне свернуть с пути. Моими чувствами он управлял так властно, что на секунду мне показалось, будто он стиснул пальцы на моем горле.

Совместными усилиями мы вернули мои мысли обратно к дороге, расстилающейся впереди. Нам остался самый короткий отрезок пути, выбор машины уже не имел особого значения.

"Вот он. Новехонький «порше кайенн турбо», еще даже без номеров, с верхним пределом скорости сто восемьдесят шесть, но уже с наклейкой на заднем окне, изображающей семью. Две дочери и три собаки.

Семья замедлила бы наше передвижение. Элис заглянула вперед, выяснить, что будет, если я решу взять эту машину. К счастью, в ней находился только водитель. Женщина чуть за тридцать, с темно-каштановым хвостом.

Элис больше не видела Беллу на тротуаре. Этот эпизод остался в прошлом. Как и эпизод на парковке. Белла находилась в здании, вместе со следопытом.

Я не стал мешать Джасперу поддерживать во мне сосредоточенность.

– Под следующей эстакадой меняем машину, – предупредил я всех.

Элис принялась распределять роли – щебетала, выговаривая слова быстрее, чем колибри трепещет крыльями.

Карлайл рылся в своем саквояже.

Эмметт машинально поигрывал мускулами.

Я обогнал белый внедорожник, изводясь от необходимости подстраиваться под его скорость.

Мотоцикл «БМВ» ускорился и оказался вне досягаемости. Я подавил вздох.

До эстакады оставалось еще полмили. Она отбрасывала тень всего пятьдесят три фута длиной, солнце теперь висело прямо над нами.

Я начал оттеснять «кайенн» влево. Его хозяйка перестраивалась.