Солнце полуночи

У каждого из людей, которые меня окружали, впереди имелись те же возможности – целая жизнь, – а я тем не менее редко удостаивал их завистью.

Что я должен сделать, так это оставить ее в покое вместе с ее будущим. Перестать подвергать риску ее жизнь. Так будет правильно. Карлайл всегда выбирает верные решения. И мне следует прислушиваться к нему. Что я и сделаю.

Солнце выглянуло из-за туч, слабый свет заблестел на замерзшей траве.

Еще один день, решил я. Увижу ее еще раз. Я справлюсь. Может, упомяну вскользь о своем предстоящем исчезновении, подготовлю почву.

Будет трудно. Я чувствовал это по острому нежеланию, уже вынуждающему меня изобретать предлоги, чтобы остаться, отодвинуть срок отъезда на два дня, три, четыре… Но я поступлю так, как будет правильно. Советам Карлайла можно доверять – это мне известно. Как и то, что сейчас я слишком взвинчен, чтобы самому принять верные решения.

Чересчур взвинчен. В какой мере мое нежелание уезжать объясняется одержимостью и любопытством, а в какой – моим ненасытным аппетитом?

Я направился в дом, переодеваться в чистую одежду к школе.

Элис ждала меня, сидя на верхней ступеньке лестницы на третьем этаже.

«Опять уезжаешь», – упрекнула она.

Я вздохнул и кивнул.

«Никак не могу увидеть, куда ты едешь на этот раз».

– Пока еще сам не знаю, – шепотом объяснил я.

«Хочу, чтобы ты остался».

Я покачал головой.

«Может, нам с Джаззом поехать с тобой?»

– Остальным вы понадобитесь, ведь меня не будет рядом, чтобы присмотреть за ними. И еще, подумай об Эсме.

«Ты так расстроишь ее».

– Сам знаю. Вот потому-то вы и должны остаться.

«Мы тебя не заменим, и ты это понимаешь».

– Да. Но я должен поступить так, как будет правильно.

«Но ведь поступить правильно можно по-разному, и неправильно тоже, – разве нет?»

На краткий миг ее затянуло в одно из ее странных видений, и я вместе с ней смотрел, как вспыхивают и вертятся размытые образы. Видел самого себя среди непонятных теней, которые не смог различить – смутные, расплывчатые фигуры.

– Я мало что уловил, – признался я, когда видение померкло.

«Вот и я тоже. Твое будущее настолько переменчиво, что я не успеваю следить за ним.