Сокровища чистого разума

Холь вспомнил нечто неимоверно печальное, и показалось, что он прервётся, а то и вовсе остановит лекцию, но Алоиз удержал себя в руках: – Тридцать раз я выходил в Пустоту во время переходов, провёл множество опытов, но не обнаружил ничего интересного, ничего такого, что возбудило бы мой разум.

– Потому что переход, по сути, труба, – вставил Мритский, продолжая смотреть вниз. – Искусственное образование в теле Пустоты.

Возможно, что добавление, явно сделанное с чужих слов, в других устах прозвучало бы жалко, но Вениамин умел говорить веско, и даже Агафрене реплика мужа показалась уместной и важной.

– Возникло предположение: собственно, тоннель имеет весьма опосредованное отношение к веществу Пустоты, опыты в нём ничего не дадут, и я сосредоточил усилия на моменте создания «окна», – вернул себе слово Холь. – Там, где бушующая энергия крутит пространство, формируя межзвёздный тоннель.

– Но «окно» существует недолго, – пробормотала Агафрена.

Лекция, да ещё читаемая непосредственно в зоне эксперимента, рядом с готовыми к работе уловителями, увлекла женщину.

– Это была вторая проблема, – кивнул Холь.

– Что же вы поставили на первое место?

– Требовалось понять, хотя бы в общих чертах, что за энергия выделяется при образовании перехода и каким образом её можно преобразовать."

"– Я думала, речь идёт об электрических разрядах невиданной мощности.

– Всё гораздо сложнее, – уточнил Мритский.

– Эксперименты показали, что мы имеем дело с неизвестным доселе типом энергетического поля, которое я временно обозначил символом «Х», – с энтузиазмом ответил Холь.

Он провёл рукой по металлическому боку уловителя.

– Но вы ещё не испытывали это устройство? – уточнила Агафрена.

– Собственно, наш эксперимент и призван дать ответ на вопрос, правильно ли я рассчитал параметры Х-поля и систему для преобразования и накопления энергии, – спокойно ответил инженер.

– А если вы ошиблись?

– Давайте не будем о грустном, синьора Агафрена.

– На случай ошибки у нас есть ещё один рундер, – хмыкнул губернатор. – А вот ошибиться во второй раз не хотелось бы.

– Иначе вложения пропадут? – чуть более резко, чем следовало, поинтересовалась женщина.

– Иначе придётся полгода, если не больше, ждать возможности провести следующий эксперимент, – сухо возразил Мритский.