Сокровища чистого разума

– Ваше превосходительство! Ваше превосходительство!

Свита не в первый раз на охоте и прекрасно знает, как меняются настроение и желания губернатора. Верные люди наблюдали за приступом агрессии, затем – созерцания и, наконец, дождались бешеного хохота, который обязательно нападал на Вениамина перед жаждой насилия. К этому моменту всё готово, поскольку никто из ближайшего окружения губернатора не хочет отвечать за нерасторопность.

– Сюда, Ваше превосходительство, пожалуйста, сюда.

В переулке – короткий проход от главной улицы к какому-то невнятному строению, на первый взгляд амбару, – дрожат пленницы: женщины в соку, девушки «на выданье» и совсем молоденькие, едва сформировавшиеся девчонки.

– Беляшки… – Вениамин спрыгивает с жеребца, на несколько секунд замирает, жадно разглядывая пленниц, после чего тычет пальцем в одну из взрослых: – Разденьте!"

"Офицеры рвут ночную рубашку за ворот и хватают женщину за руки, не позволяя прикрыть полную грудь с крупными розовыми сосками.

– Мы подготовили спальню, – шелестит один из помощников.

– Нет! – рычит Мритский. До дома метров пятьдесят, а терпеть Вениамин не может, он почти в исступлении. – Что это? Амбар?

– Сеновал.

– Отлично! – Губернатор делает шаг.

– Сеновал мы тоже подготовили, – продолжает шептать царедворец.

– Молодец!

Опытные люди всегда на вес золота, а в определённых случаях – на вес алмазов. И хотя на охоте Мритскому приходилось удовлетворяться в различных условиях, он предпочитал хоть какой-то комфорт.

– Нет! – рыдает пленница.

– Тебе понравится, – обещает Вениамин, с трудом сдерживая желание наброситься на женщину прямо в переулке. Мритский едва достает ей до плеча, но кажется – кажется! – что нависает над пленницей, настолько он сейчас сильнее. – А крик лишь украсит нашу встречу.

Она не слышит, а если слышит – не понимает. Её почти несут внутрь, где на сухое сено брошена широкая простыня. Полные ноги женщины и округлый, чуть обвисший зад заставляют губернатора дрожать.