Сокровища чистого разума

Хочу понять, насколько он силён.

– И убить, если окажется таким.

Легкая горечь в голосе капитана не ускользнула от Нульчик. Главный медикус вздохнула ещё раз, несколько театрально давая понять, что не испытывает удовольствия от этого аспекта своей деятельности, но высказалась уверенно:

– Это наша работа, Якта. Мы обязаны выискивать тех, кто может помешать Пути, и уничтожать их до того, как эти люди станут препятствием. Только так Галана вернёт себе власть над Вселенной.

– И другого способа нет… – Фарипитетчик понимал необходимость насилия, но не мог отделаться от мысли, что постепенно превращается в хладнокровное и совершенно бездушное существо, способное без эмоций смотреть на мёртвые тела.

Что превращается в менсалийца. Думать об этом не хотелось, и потому капитан с радостью перевёл разговор в другое русло: – Насколько я понимаю, это и есть Паровая Помойка?

«Бескрайняя! – вот что пришло в голову Саде при первом взгляде на владения таинственного Эзры Кедо. – Бескрайняя!»

И ещё – битком набитая военной техникой: ряды бронетягов различных моделей, от лёгких, командирских, до мощных, поражающих размерами «Джабрасов» и «Доннеров», двухбашенные, трёхбашенные, пятибашенные… тут же танки и бронеавтомобили на двигателях внутреннего сгорания, тут же всевозможные артиллерийские системы, от полевых пушек до осадных гаубиц, тут же аэропланы, обломки цеппелей, мотоциклеты с пулемётами на них, а рядом, скромно, мирные паротяги, тягачи и строительные краны.

Техники оказалось так много, что Сада даже вздрогнула, представив, как вся эта армада мчится по дорогам и без дорог, стирая в пыль города и армии, представила так, словно оказалась у неё на пути, ожидая неминуемой смерти, но тут же вспомнила, что большая часть стоящих на Помойке машин разбита и разломана настолько, что годится лишь на переплавку и в качестве поставщика запасных частей, и погасила короткий испуг коротким же смешком.

– Самая большая куча металлолома во Вселенной.

"

"– Вполне возможно, – серьёзно подтвердил Фарипитетчик.

– Нет на свете зрелища более жалкого, чем побеждённый бронетяг.

– Ага.

– Мне уже противно.

Фарипитетчик, так и не понявший причину неожиданной вспышки, едва заметно дёрнул правым плечом и доложил:

– Их радист предлагает садиться на пустыре перед главными воротами. Там есть «семафоры».

– Они предусмотрительны.

– Или же Эзре приходится чинить цеппели.

– Или так.