Страшная сказка (не)для Золушки

Или на его огромные руки, которые с такой завораживающей аккуратностью и осторожностью совершали надо мной свой очередной колдовской ритуал.

– Разберусь с твоими ранами, тогда и переоденусь. Больше она тебя никуда не била?

– Вроде… нет."

"– Всё равно нужно осмотреть тебя везде. А то мало ли. Ты сейчас на таком адреналине, что и не почувствуешь ничего.

Тут и я не могла с ним не согласиться, поскольку от переизбытка того же адреналина уже практически перестала здраво соображать. А ведь раньше от присутствия и близости этого человека меня бомбило совершенно иными эмоциями.

– Встать на ноги и немного постоять сможешь?

– Н-не знаю…

– Попробовать всё равно придётся. Давай. Если что, держись за мои плечи.

Он мне и сам помог встать со скамейки, а я тут же воспользовалась его предложением, протянув рефлекторно к его округлым мощным плечикам свои немощные пальчики.

– Повернись ко мне спиной.

И опять я это сделала не без его помощи, поскольку не сразу поняла, что он от меня хочет. Дошло уже тогда, когда уткнулась взглядом в стеклянную стенку душевой кабинки, невольно вздрагивая от мягких прикосновений рук мужчины к моей спине и всему, что находилось ниже под атласной тканью шортиков и майки.

– И надо будет наложить новую повязку на тавро, а то её сорвало совсем. Наверное, осталась в кровати. Сейчас в спальне поменяют постель, а я тебе обработаю все раны. Об остальном уже поговорим завтра. Наверное, будет лучше дать тебе ещё какое-нибудь успокоительное со снотворным.

– Нет!.. Пожалуйста, не надо! Лучше… Лучше вы останьтесь.

К этому моменту Федерико уже развернул меня обратно к себе лицом и снова усадил на скамейку, грузно нахмурившись от моей неожиданной просьбы.

– Я… я боюсь оставаться здесь одна.

– Сюда уже никто так просто войти не сможет. Я поменяю до утра код на входных дверях…

– Пожалуйста… Я боюсь… по другой причине. Мне просто страшно, как и быть здесь совсем одной…

Не знаю, где я набралась смелости посмотреть умоляющим взглядов в глаза человека, для которого, возможно, чужие жизни не значили ровным счётом ничего. Но сейчас мне было просто плевать на всё это.