Смотри на меня

Вам давно пора было, а то заладили со своей дружбой. Только чёт вы наворотили, как мне кажется.

— Ты в психологи заделался, Сём?

Друг сдёрнул пластырь, которым я тщетно пытался прикрыть болючий нарыв. Я не знаю, что это за заноза внутри и почему она пускает столько яда в кровь. Не знаю, есть ли этому название и научное объяснение, только меня это реально бесит.

С Семёном мы в итоге на полдня поссорились после его «ты дружбана своего сотрёшь, трахая весь универ, пока мозги заработают, наконец».

Я его послал, он покрутил у виска пальцем и ушёл на допы.

Матери нагрубил по телефону, с пары выгнали за спор с преподом. Все мозги, блдь, прогорели с этой Конфетой.

И вот сейчас что я делаю в одиннадцать вечера в субботу? Сталкерю в окно с выключенным светом.

У неё зашторено окно, но когда встаёт к шкафу, видно контуры тени. И я как дурак всматриваюсь, одна ли она. Кровь по венам разгоняется, несётся, тараня стенки и взвинчивая пульс.

Неадекватная реакция. Ненормальная.

Нужно глушить её, давить всеми доступными способами.

К чёрту тебя, Конфета.

* * *Утром в понедельник голова ещё шумит от дикого загула в выходные. Я как ушёл из дому в субботу в начале двенадцатого ночи, вернулся уже под утро понедельника. Пришлось ехать на автобусе в общагу.

Ну и дичь этот общественный транспорт.

Зато вроде как стало легче. Когда натрахаешься до дрожи в коленях, чтобы уже если вставал, то с болью, кажется и не так выворачивает.

Казалось. Но едва я вижу её в коридоре, кости снова начинает ломать.

Ну-ну.

На меня когда взгляд её случайно падает, каменеет и отворачивается, поджав губы.

Хорошо, пусть воротит нос. Так быстрее переживётся, перебродит и выветрится яд, пущенный ею в кровь.

В коридоре шумно, толпа из нескольких групп. Семён что-то говорит, я хочу переспросить, но тут меня привлекает другой разговор.

— Ай, Димка, осторожно! — Меляев с параллельного потока зажал тёлку у подоконника, обхватив за талию под футболкой.

Стоп.

В голове срабатывает гонг. Я, когда мысли гонял, подозревал его и ещё пару утырков, но уверен не был. До этого момента.

Юлька тоже замирает и резко оборачивается. Мне секунды хватает, чтобы понять по её лицу, что она узнала ублюдка.

Роняю рюкзак прямо на пол.

Пиздец тебе, чмошник.

11

Юля

Это он! Я узнала. И голос, и дебильный смех, даже лицо вспомнила. Я знаю, как его зовут — это Дима Меляев, третьекурсник.