Смотри на меня

— У тебя есть презерватив? — смотрю на него, когда отрывается от моих губ.

— Есть. Не волнуйся.

На этот счёт я успокаиваюсь, но совсем не волноваться не получается. Вертинский спускается поцелуями мне за ухо и на шею, ведёт языком к ключицам и плечам. Плавлюсь от этих ласк, я и не знала, что моё тело может быть таким чувствительным.

Егор тоже возбуждён, он хочет меня, и это приятно осознавать. Бедром я чувствую его твёрдый член. Это добавляет острых ощущений. Пугает и будоражит одновременно.

— Ты такая сладкая, Конфета, — говорит негромко, спускаясь поцелуями к груди.

Я лежу под ним обнажённая, казалось бы, куда ещё откровеннее, но от этих слов начинают пылать щёки.

Но я как-то и не смекнула, что говорит он в прямом смысле. Целует грудь, облизывает её, посасывает. Это вызывает во мне много ощущений. Смущение фоном, но никуда не девается, но ещё меня кружит и от других. Дыхание становится настолько тяжёлым, что уже похоже на тихие стоны. Я откидываю голову назад и прикрываю рот рукой, чтобы приглушить их.

— Егор, не надо, — говорю хрипловато.

Голос дрожит, тело тоже. Особенно когда вижу картину, как его лицо уже почти между моих разведённых ног.

— Что не надо? — поднимает глаза в удивлении.

— Ну… то, что ты там собрался делать, — лицо пылает ярким пламенем, и я немного склоняю колени друг к другу.

— Юля, ляг и успокойся, ладно? — отвечает строго.

Это как «за рулём буду я, видишь, тут дорога ухабистая» или «беги домой, с соседом за разбитое окно я сам разберусь», но только секс.

«Делай как говорю, и всё будет хорошо»

Я привыкла доверять ему. Почему сейчас не должна?

Снова откидываюсь на спину и сжимаю в кулаках покрывало, когда Егор тянет вниз мои трусики.

Я обнажена. Теперь он может видеть меня всю.

Егор устраивается между моих ног и прикасается губами прямо там, вызывая волну невероятного тепла по телу.

То что там делает, заставляет меня выгибаться и стонать уже громко. Стыдно от собственного голоса, но прикушенной ладонью его больше не заглушить.

Егор снова нависает надо мной, заставляя в который раз смутиться, когда таким простым, недемонстративным движением облизывает губы. На них же моя влажность.

Ложится на бок рядом, смотрит в глаза. Наверное, надо бы что-то сказать, но я понятия не имею, о чём можно говорить во время секса.