«Смерть» на языке цветов

Девочка сбросилась с крыши, боже мой, этот грех будет на мне до конца моих дней.

— Она не бросалась с крыши, — сухо сообщил Бунин. — Ее столкнули с крыши. Положили букет ноготков в карман, вынули сережку из уха.

— Боже мой, какую сережку? Я ничего не понимаю. — Ковалев сжал виски длинными тонкими пальцами, и Лиля совершенно не к месту подумала, что у него красивые руки.

— Вот эту. — Бакланов достал из шкатулки черную жемчужину и протянул ее на ладони Ковалеву. Свет от удивительных люстр заиграл на бриллиантовых гранях, казалось, сноп искр полетел вокруг, напоминая зажженный бенгальский огонь.

— Да, конечно, узнаю. Это я дарил Дине. Откуда это у вас?

— Оттуда же, откуда и все остальное. — Бакланов вернул сережку в шкатулку и протянул ее вперед, открывая взору все содержимое. — Дмитрий Евгеньевич, как вы объясните, что в помещении вашего магазина при свидетелях были обнаружены сережки, снятые с тел шести жертв?

— Нашли? У меня в магазине? — Он переводил взгляд с одного незваного гостя на другого, и непонимание сменялось в его глазах страхом, страх перерастал в ужас, и в конце концов, в них уже плескалось безумие.

— Я не убивал, — прошептал он. Лиле казалось, что на ее глазах этот человек постарел на двадцать лет. — Я не знаю, как это доказать, но я никого не убивал. Я не способен на это. Физически не способен. А раз я этого не делал, значит, меня кто-то подставил. И сережки в магазин подбросили.

— У вас есть враги, Дмитрий Валентинович? — В голосе Бакланова слышалась нескрываемая издевка.

Вцепившись в голову двумя руками, как будто его терзала сильная боль, Ковалев глухо застонал, а потом вскинул на Лилю свои безумные глаза. Они были страшные, мертвые, подернутые поволокой, как бельмами.

— По упорству твоему и нераскаянному сердцу, ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога, который воздаст каждому по делам его, — произнес он. — Так сказано в Библии, в послании апостола Павла к римлянам. Что ж, я всегда знал, что рано или поздно это произойдет. Я жил в ожидании воздаяния, и вот оно пришло.

— Что вы имеете в виду? — не выдержала Лиля, которой было невыносимо смотреть, как он мучается.