Слишком поздно для нас

Уверен, что этот человек найдется. Ведь ты же меня знаешь, я этого так просто не оставлю.

— Конечно, Тимур, — тихо ответила Карина. В голосе моей жены уверенности поубавилось.

Как же меня достал этот цирк, эта игра неумелого актера, вернее, актрисы. Не имею ни малейшего представления, что творилось в голове у моей супруги, но то, что с Кариной что-то происходило — факт. Ни один человек в здравом уме не будет организовывать покушение на человека, который для тебя дорог, и плести слишком большую паутину лжи, цепляясь за самое дорогое.

— Карина, скажи, почему у нас не сложилось? — неожиданный вопрос поверг девушку в шок, а ее глаза расширились от удивления.

— Что, Тимур? — у Карины на некоторое время пропал дар речи.

— Я спрашиваю, почему у нас с тобой не сложилось? — повторил свой вопрос.

— Я слышала, Тимур. Я просто не понимаю, почему ты спрашиваешь.

— Карина, я хочу получить его из твоих уст, — настаивал я.

— Тимур, у нас не сложилось, — выдохнула девушка, — потому что ты слишком помешан на своей Лине.

— Дальше, — мне нужно было вывести ее на эмоции. — Ну же!"

"— Покровский, что я только не делала, чтоб ты забыл ее! Но ты летишь на нее, как собачонка на кость. Тебя не остановить, как только ты видишь ее. Скажи, на кой она сдалась тебе? — я молча изучал красивое лицо такой гнилой души.

— У нас с тобой не сложилось не поэтому, Карина.

— А почему же?

— Потому что ты сделала столько гадостей, что даже если бы я и забыл Лину, то не смог быть с тобой. Ты не сделала ничего, чтобы удержать меня возле себя, — произнес спокойно. Карина завелась еще сильнее, и я знал, что парой фраз добьюсь того, что мне было необходимо. Я слишком хорошо знал жену.

— Да я столько раз пыталась быть тебе хорошей женой, — взорвалась Карина. — Я надевала самые лучшие платья, ухаживала за лицом и волосами, следила за фигурой, чтобы нравится тебе. Приносила завтраки в постель, всегда поддерживала во всем. И сколько твоих девок пришлось отвадить!

— В этом ты преуспела, — я невесело усмехнулся.

— Конечно, знаешь сколько было падких на твое добро? Приходилось действовать разными методами.

— Само собой, — ответил я.