Правила счастливой свадьбы

Вашей спицей.

– Мариночка попросила дать спицу, чтобы заколоть волосы! – торжествуя, ответила Вейриоль. – Клиентка и моя портниха видели, как я отдала спицу, и Марина закрыла за собой дверь! Я не входила в примерочную. И не знаю, что там произошло.

– Откуда появился графин с водой?

– Марина попросила… Мне воды не жалко…

– Зачем подслушивали у двери?

Простой вопрос немного сбил с толку.

– Мне показалось. – Мадам запнулась. – Послышался странный звук…

– Как выстрел?"

"– Да… Но Марина ответила, что у нее все в порядке… Наверное, хлопнула пробка шампанского?

Пушкин не заметил вопроса.

– Опять невеста экономит на портнихе? – спросил он.

– Да, мадемуазель Бутович закрылась и просила ее не беспокоить. Для девушки это так понятно… Я уже объясняла вам…

– Мадам Вейриоль, я не стану предъявлять вам обвинение, если честно ответите на несколько вопросов…

Она сжала часики, которые болтались на цепочке.

– Извольте, господин Пушкин, мне скрывать нечего…

– Астра Федоровна Бабанова снова отменила примерку?

– Я уже говорила: ее примерка завтра…

– В таком случае прошу сообщить: с кем вчера встречалась мадемуазель Юстова, а сегодня мадемуазель Бутович?

– С чего вы взяли, что девушки с кем-то встречались? – резко ответила она.

– Это не предположение, а очевидный факт: устроили в модном салоне тайный дом свиданий. Полученные деньги откладываете на приданое дочерей.

Вейриоль стиснула губы так, что они превратились в тонкие побелевшие полоски.

– Повторю вопрос: с кем у барышень было свидание вчера и сегодня?

– Это возмутительно! – прошипела мадам.

– У меня доказательства.

– Доказательства? Предъявите их! – потребовала хозяйка салона, возмущенная и покрасневшая, как переспелый помидор.

Пока Пушкин не готов был предъявить ничего.

– Факты расследования не разглашаются, – ответил он.

– Нет у вас никаких фактов, господин Пушкин! – заявила Вейриоль. – А если бы были, уже тащили бы меня в сыск… Перестаньте пугать беззащитную женщину, а то и на вас управу найду…

– В котором часу заезжала мадам Капустина? – как ни в чем не бывало спросил он.

– Около одиннадцати, – огрызнулась Вейриоль и поняла, что проговорилась.

– Не далее часа назад говорили иное.