Север в сердце

Он был сухой, но ерзал – наверно, хотел есть. Черт, это рабыни или жены?

Дети теперь лежали перед Харкамом, и раздражали его своим ревом. Он смотрел на сына, который теперь опустил голову.

Я переключилась на младшего, который испугался, когда увидел, что я смотрю на него вопросительно.

- Говорить? – его голос дрожал и срывался, руки он сжимал в кулаки.

- Нет, ты ничего не говори. Слушай и смотри.

- Ты говори, - я обратилась к среднему брату, который теперь интересовал меня больше всего.

- Я Харэм. Я не хочу править, я не хочу новых земель и ассаров.

Я хочу узнать откуда на нашей земле парящая вода и черная глина, которая горит, - у него не менялось выражение лица. Если бы я хотела Харкаму добра, я смогла бы убедить его, что с Харэмом его люди скоро станут самыми сильными в этих землях. Но самыми сильными здесь должны быть мы.

- Земля давно дала пар? – я смотрела на него с улыбкой.

- Когда на эти земли пришли харкамы, они уже были.

- Значит, земля подарила их не вам, вы просто взяли воду и черную глину.

- Но мы знаем, что это для нас, только не знаем, что еще может эта вода и земля.

Мне хотелось сказать, что эта вода, в первую очередь, может отмыть вас, но с этим мальчиком будет тяжелее всего.

- Идите, - я сказала это всем, но, когда старший стал подниматься, я взяла его за рукав, и он больше не смотрел на меня с отвращением. – Ты, расскажи все Харкаму, иди, и расскажи прямо сейчас – что думаешь и хочешь. Обманешь – будет беда.

Он мотнул головой. Женщины подняли детей, и вышли.

Старший двинулся за женщинами. За ним младший.

- Ты придешь, когда будет светло, - я сказала в спину среднему, а он обернулся и улыбнулся мне.

Харкам вышел последним, и следом за ним Мухара принесла привычное блюдо с мясом и кусочками теста. Мы с Сигой молча ели. Надо выяснить – что есть на их кухне. Невозможно есть одно и то же. Да и пользы никакой. Первые два дня я радовалась мясу, а сейчас хотела хлеба и овощей, или крупу. Сига пока ела с удовольствием. Я отдавала ей все молоко.

Мне кумыс придавал сил – чуть газированный, с легкой кислинкой, после кружки такого молока, как после хорошего отдыха, прибавлялось сил.

- Откуда ты все знаешь, Сири?

- Что знаю?

- То, что им говорила?

- Я не знаю, Сига, я придумала, - я не собиралась объяснять ей, что есть типы личностей, которые действуют строго по одному сценарию. Я думала о Харэме – среднем сыне Харкама. Этот мальчик должен перевернуть этот мир, хоть немного, и он не остановится.