Север в сердце

Тебе понравилась идея внушить людям это вранье, и ты ухватился за нее. Ты никто здесь, а люди – стадо овец. Ваал ведь так их называет? Надеюсь, он открыл тебе секрет оружия, который он знает? Или он оставит его против тебя? Наверно да, потому что я знаю его план, - я засмеялась, и он вскочил с табурета, который упал, громко брякнув по полу. Он пнул его с такой силой, что, ударившись о стену недалеко от меня, деревяшки разлетелись в разные стороны, угодив в каждого из нас, сидящих на полу.

- Заткнись! Я повешу тебя первой, за день до них, чтобы у них было время понять, что их ждет, - слюни летели из его рта, и когда он увидел, что я смеюсь, лицо его стало багровым, губы выгнулись.

- Вот видишь, ты даже не можешь сделать того, что хочешь – повесить меня. Ты так и сделал бы, если бы Ваал не объяснил тебе, что сначала нужно настроить против нас людей. А еще не все верят вам… Так что, пока тобой правит этот трус, ты не сможешь сделать ни – че – го! – Господи, лишь бы он сейчас не сорвался, и не повел меня к эшафоту.

На улице кричали дети. Среди их голосов угадывались взрослые – они гоняли их по площади у больших домов. Среди гвалта я узнала голос Дара, который громко орал песню, что теперь у него есть две сестры, но они обе трусят, а он – герой. В песне не было рифмы, не было смысла. Орус выбежал из дома и кричал, чтобы заткнули детей и выгнали с площади. Это было похоже на считалочку, но эти слова я услышала впервые:

- У меня была сестра, но теперь их стало две, трусят как солдаты, не умеют бегать.

Их гоняли прямо напротив нашего дома, наверное, они пробрались сюда, или толпой пробежали мимо ротозеев. Сейчас их угоняли, но считалку уже подхватили все. Я повернулась к Драсу так осторожно как могла, чтобы не растерять в памяти этот голосок, который каждой буквой колол в самое сердце.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Юта его вторая сестра, Сири, он сам так говорит ей. Третья? Кто может стать третьей? Он хочет сказать, что они здесь, они в Зараме. Добрались, - я видела, как Драс с трудом сдерживается, как глаза его начинают блестеть от слез.

- Тиара, Драс, это Тиара. Больше девочек с нами нет. А на площадь Дару не отпустят.