Сердце Дракона. Десятый Том. Часть 2

— Приготовиться на девять! — рявкнула офицер, щелкая подзатыльник молокососу третьей линии, забывшему застегнуть подшлемник. Надо же, артефакт уровня Земли. Видимо молодой совсем поздно спохватился, записываясь в ряда армии, раз ему такое барахло выдали. — Удар!"

"Какие бы ни были противники, к ним всегда можно было подстроиться. Ракишь точно отсчитала десять кавалерийских тактов и ровно в тот момент, когда она отдала сигнал, конница мертвецов ударила о щиты солдат.

Прозвучали первые крики тех, кто оказался слишком слаб в руках.

Но, даже так, находились и такие слабаки, копья которых выскальзывали у них же из руки и били им в гортань. И, если раньше Ракишь просто провожала таких коротким проклятьем к дому праотцов, то сейчас отдала жуткий приказ:

— Всех тяжело раненных развоплотить на месте! — Ракишь, первой из батальона, шокируя бойцов свой жесткостью, граничащей с жестокостью, взяла в руки длинную глефу и, раскрутив, сопровождая удар техникой и мистериями Единого с Миром, нанесла удар по умирающему от удушья из-за сломанной трахеи, солдата.

Тот вспыхнул сиреневым светом и исчез в пламени энергии. От него остались лишь покореженные доспехи, но ни единого куска плоти или хотя бы одной кости.

— Погибая в этой битве, вы встаете на сторону врага! — используя давно уже освоенную технику усиления голоса, закричала Ракишь.

— Священную ярость! — хором ответили бойцы легиона.

Тысячи мертвых коней, облаченных в ржавые доспехи бились о выставленные щиты. Они натыкались на выставленные пики и копья. Трещала их броня и кости разлетались прахом, но там где исчезали в зеленых вспышках один мертвый, его место занимали еще двое.

— Воздух! — воскликнула Ракишь, услышав как затрещали натягиваемые канаты спусковых механизмов требушетов.

Насколько же древними были воины и солдаты, которых поднял Великий Герой Ласкана, если пользовались такой рухлядью.

Впрочем, её команда, отданная на автомате, не требовалась. Длань Королевы, техника, которую легион мог использовать только при полном построении, поднималась на добрых три километра к небу. Едва не царапая днища небесных судов, она надежно защищала армия от угрозы обстрела.

Вот только мертвых это не останавливало.