Список донжуанов

– А вам точно помощь не нужна?

– Я сейчас милицию вызову, – пригрозила я, исходя внутренней дрожью. А что, если этот гад сам ее вызовет, ведь у меня в кустах Марья с трупом в обнимку.

– Что ж, – пожал он плечами, сел в машину и тронулся с места. А я полезла в кусты.

– Марья, – позвала я отчаянно.

– Я из-под него выбраться не могу, – задыхаясь, пробормотала она. – Сима, он совершенно холодный… Вот, потрогай… Я больше этого не выдержу… Помоги мне, и мотаем отсюда скорее.

– Скорее не получится, – помогая Марье подняться, сообщила я.

– Куда?

– Для начала перетащим его в другой конец парка.

В полной темноте, спотыкаясь и чертыхаясь, мы перетащили его в дальний конец аллеи. Я достала мобильный и позвонила Олегу. Марья, присев рядом с трупом, зашептала:

– Надо бы его обыскать.

– Обыщи, – кивнула я, поражаясь переменам, происходящим в ней: то заикалась, то карманы проверяет. Я же до него лишний раз боюсь дотронуться. Наконец Олег отозвался.

– Я скоро освобожусь, – сообщил он, прозвучало это скорее как вопрос, и я его порадовала:

– Освобождайся побыстрее и сразу перезвони мне.

Пока я ждала звонка, Марья обыскивала труп, вертела его с одного бока на другой и очень злилась.

– Надо же, ничегошеньки нет, совершенно пустые карманы. Это даже противоестественно как-то. Хоть бы какой трамвайный билет завалялся. Сима, у него характерная примета: родимое пятно на шее, хочешь взглянуть?

– Я хочу скорее от него избавиться! – рявкнула я.

– Я тоже, – вздохнула она.

Наконец перезвонил Олег.

– Я едва с ума не сошел. Он раз сто порывался уйти, пришлось удерживать его чуть ли не силой.

Тут Олег явно преувеличивал, удержать моего мужа силой он никак не мог, комплекция для этого у него неподходящая, но в то, что пришлось ему нелегко, я охотно верила. Впрочем, и нам здорово досталось.

– Приезжай в Комсомольский парк, – сказала я, – и побыстрее. Будем ждать тебя у входа.

– Почему в парк, мы же договаривались…

– Приезжай, и сам увидишь почему, – ответила я и отключилась.

– Хорошо, что у нас есть собственный адвокат, – сидя в траве рядом с трупом, заметила Марья. – Он что-нибудь придумает, и нам не припаяют убийство. Ты как считаешь?

Отвечать я не стала, потому что при этих Марьиных словах все во мне застонало и заныло. Дураку ясно: посвящать постороннего человека (хоть и адвоката) в наши проблемы не стоило, раз проблема эта – труп и мы желаем скрыть его. Да выбора-то нет.