Сагертская Военная Академия

— А что, — прищурилась моя лисонька, — нам, может, стоило стол накрыть?

Ректор опешил:

— Где накрыть?

Плюнув на конспирацию, я бросила на Нольвен заклятье немоты и покаянно произнесла:

— Мы услышали, что ребята хотят нас напугать. Вроде как проверить на крепость нервов.

— Услышали? — недоверчиво переспросил ректор.

— Мы заблудились в саду, — я развела руками, — и случайно набрели на ребят, обсуждавших, какую бы пакость сделать. Вот мы и решили ответить им тем же. Проверить на крепость нервов.

Не люблю врать.

— А вы знаете, квэнти Конлет, что у меня есть амулет. — Ректор щелкнул пальцами и выхватил из воздуха черную лаковую шкатулку.

Я, не дрогнув, протянула руку и уверенно произнесла:

— Давайте его сюда. Я готова повторить свои слова.

Ректор Аделмер хмыкнул, откинул крышечку и вытащил из шкатулки матово светящийся шар. Я встала, подошла ближе и приняла в руки прохладную тяжесть.

— Вчера я и моя подруга услышали, что некие студенты боевого факультета замыслили забраться на наш балкон.

Шар побледнел. А я продолжила:

— Я и моя подруга нанесли на балкон смесь защитных заклинаний и пакостных чар. Мы также бросили на траву чары, чтобы никто не убился. Мало ли что? Вдруг бы у парней нервишки сдали?

— А фейерверк? — пытливо спросил ректор.

— Ни я, ни моя подруга не владеем заклинаниями, способными создать подобное заклятье, — отчеканила я.

Ректор Аделмер вздохнул, забрал из моих рук шар, который вновь налился своим темным цветом, и убрал артефакт в шкатулку. Последняя замерцала и исчезла.

— Вы не солгали. — Он выхватил из воздуха трубку и набил ее табаком. — Но и правды мне не сказали.

— Разве так бывает? — скромно спросила я. — Ваш артефакт…

— Гадательный шар моей пра-пра-прабабки, — усмехнулся ректор Аделмер. — Просто кусок отполированного опала. Бесполезный и драгоценный, но на студентов действует.

Я только руками развела и решила промолчать. А то мало ли еще что-нибудь поймет?

— Красноречивое молчание. — Он пыхнул трубкой, и по кабинету поплыл грушево-шоколадный запах. — Вас предупредили о готовящемся правонарушении, но ловушки уже были готовы. И тот, кто пришел предупредить, пострадал от них первым. Тот самый человек, которого видели другие студенты. Я прав?

А я молчу. Молчу и ничего не понимаю.