Рожденная жить

Графиня требовала от короля срочных действий, и он ей пообещал, что на рассвете люди продолжат их искать.

Королевский дворец был взбудоражен произошедшим, король орал на главу службы безопасности, а я пообещал ему войну в случае, если единственный наследник моего короля не будет найден живым."

"Я, конечно, понимал, что, даже если я сейчас возьму и убью Дориана, это ничем не поможет моему другу. За окном опустилась ночь, завывала вьюга, крепчал мороз, и к утру я уже не надеялся увидеть своего принца живым.

Я не смог сомкнуть глаз, но трясло не только меня. Все наши сопровождающие готовились сложить свои головы на плахе. Вряд ли отец Кристиана простит нам гибель своего сына.

Рано утром ко мне в покои кто-то осторожно постучался. Я, находясь во взвинченном состоянии, сначала просто не обратил внимания на этот несвоевременный стук. Но он повторился, и я осознал, что стучат в мою дверь. Пригласив посетителя войти, я с удивлением узнал в нем одного из виконтов Деверли.

— Ваше сиятельство, если вы хотите узнать о судьбе друга, вам нужно пройти со мной.

Я, схватив его за грудки, встряхнул и прокричал:

— Говори!

Он отреагировал очень спокойно. Убрал от себя мои руки, при этом, не напрягаясь, разжал мои судорожно сжатые пальцы, поправил свою одежду и, наклонившись к моему лицу, еле слышно прошептал:

— Не кричите, просто пройдемте со мной, и вы все узнаете.

Вздохнув, я перевел дыхание и кивком головы показал, что готов следовать за ним.

Выйдя из моих покоев, мы направились в восточное крыло дворца. Я понял, что меня приглашают на территорию герцогини, и сразу заподозрил ее в исчезновении принца, правда, причину не смог даже вообразить и терялся в догадках.

Было довольно рано, и в коридорах мы никого не встретили. Возле смежных дверей, ведущих в восточное крыло, стояла стража, по знаку моего сопровождающего нас беспрекословно пропустили, и он проводил меня в небольшую гостиную.

В комнате меня ждали три человека: Данелия Ринвел, второй виконт Деверли и человек с полностью закрытым маской лицом. Все они поздоровались со мной, и графиня предложила мне присесть. Сдержав вопросы, которые так и рвались из меня, я решил подождать разъяснения, зачем меня пригласили на такой ранний завтрак.