Право первой ночи

Разумеется, ни происхождение, ни связи в случае обвинения в колдовстве друга бы не спасли, но зато можно было не бояться, что Дэниела упекут в тюрьму без должных оснований. Например, за любовь к редким книгам, как Терина.

На первом этаже негромко хлопнула дверь, и кто-то не спеша начал подниматься по лестнице. Судя по ряду признаков, виконт пришел к выводу, что это был Дэн. У Эллины шаги меньше и легче, Терин прихрамывал и ступал гораздо тяжелее, чем его господин, а Тони сейчас просто не было в доме.

Скрестив руки на груди, Дэн устало привалился к дверному косяку.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он.

— А должен? — Шейран отложил в сторону книгу, сел на кровати.

— Алана не так уж и одинока, за нее определенно есть, кому заступиться.

— Как сказать. Я украл девчонку до того, как брак успел должным образом состояться. Ничего не стоит его аннулировать.

— Украл? Ты этого даже не отрицаешь?

Виконт пожал плечами:

— У меня не было времени, чтобы объяснить девчонке всю сложность положения, в котором она оказалась… Лучше скажи, как она?"

"— Из тебя, как всегда, лишнего слова не вытянешь, — маг встряхнул белобрысой головой и усмехнулся.

— Если бы я знал… — пробормотал виконт.

— Что?

— Все зависит от того, вернется к девчонке магия или нет. Каков твой прогноз?

— Алана умная, упорная, а потому шанс есть, но… я бы все же на это не рассчитывал.

— Знаю, — вздохнул Ферт, — я все знаю.

— Ты бы все же сходил к Алане.

— Давай я как-нибудь без тебя решу, куда мне ходить, а куда нет. Мне ее общество осточертело еще во время поездки. Уверен, Алана тоже с радостью отдохнет от моей компании.

Эрлаец удивленно хмыкнул, пожал плечами и вышел из комнаты.

В первую секунду Шейран не понял, что его разбудило. А затем расслышал, как скрипнула ступенька, — кто-то поднимался на мансардный этаж. Дверь плотно закрыта, звуков в комнату почти не доносилось. Определить, кто именно собирался почтить визитом императорского порученца, пока не представлялось возможным.

Мужчина нащупал рукоять ножа под подушкой. Бросил взгляд на часы, что висели на стене, — полвторого ночи.