Ретроградный меркурий (СИ)

Собираемся мы редко. После учебки, может, раз в третий.

— Сорян! Так ляпнул. А ты, кстати, помнишь, говорил на сестре моей женишься. А за базар не ответил!

— Не гони, Стасян, мелкая же она у тебя была совсем. Лет четырнадцать, может. Это ты сватал, а не я обещал.

— Да было! Типа, вырастет породнимся.

— В упор не помню.

— А она в тебя влюблена была.

— Ну ё-моё. Поздно, братан…

— Поздно, когда гвозди забивают! А нам ещё, слава Богу, нет. Да вон же она! Лида! — кричит он девушке, смотрящей в окно.

— Ну нафига?.

— Ты чо, с сестрой моей не хочешь познакомиться?! — обиженно.

— Хочу…

Просто, Стас архи бестактный чувак со своим беззастенчивым сватовством.

Лида подходит к нам. Светловолосая, миловидная, смущенная.

— Лида — это Иван Зольников, братишка мой. Помнишь его?

— Помню… — бросает взгляд мне в глаза из под ресниц.

— Здравствуйте, Лида, — стараюсь внятно.

— Иван у нас единственный в Собре остался с учебки. Крутой чувак… Держи, — сует ей в руки рюмку. — За знакомство.

— Ой, я не пью же, — кокетничает Лида.

— Ну ладно тебе! Одну — это не пить, так … Полечиться. Садись с нами.

Пацаны пьяно и периодически вырубаясь играют что-то медленное в две гитары.

— А Лида учится в педе.

А выглядит младше, как школьница.

Изображение

Она смущаясь поправляет выбившуюся прядь. И я по ее коротким взглядам и рдеющим щекам вижу, что нравлюсь до сих пор.

И на мгновение забываясь в пьяном угаре даже ловлю от этого кайф. Девчонка то хорошенькая…

Улыбаюсь ей, чтобы не смущалась.

— Красивая у меня сестрёнка? — гордо.

— Красивая…

Мне становится как-то неуютно внутри, словно я не там, где нужно… А там где нужно, меня нет. И это очень плохо. Как дурное предчувствие.

Но я настолько в дрова, что не могу это ощущение утолкать ни в какие обстоятельства.

Словно я там, в прошлом, где мы ещё совсем молодые дурные пацаны. А вот всего моего настоящего ещё не случилось.

Лида выпивает коньяк. Морщится…

Откидываюсь в ротанговом кресле, прикуривая сигарету.

— Будешь? — протягиваю ей пачку.

— Я не курю, — улыбается.

— М… Молодец.

А я вот курю. Не вышло бросить.

Закрываю глаза. Гитара умолкает. Отрубились, наверное, наши музыканты. Голос Стаса, говорящего по телефону отдаляется. Меня начинает крутить на пьяных вертолетах.

Всё… Заберите меня. Домой хочу.

— Ой, Ваня… — чувствую, как ловит меня за руку, разжимая пальцы.

— М? — с трудом разлепляю веки.

— Сигарета истлела, брюки прожёг!

Стряхивает пепел с моего бедра, высоко в паху.