Развод. Ты предал нашу семью (СИ)

— Я вынашивал планы Ярика убить, — Юра равнодушно пожимает плечами. — Красивую такую картинку себе нарисовал… Знаешь… Он такой весь в крови, на коленях… Я смотрю в его глаза и он мне шепчет… Прости меня, Юрочка… Я так ошибался, так ошибался…

— Юрочка? — приподнимаю бровь.

— А я его пинаю в грудь, он падает в яму и кричит… Однако, — Юра поднимает указательный палец вверх. — Красиво пнуть его в грудь я не смогу. Понимаешь? Я же толстый. То есть велик шанс, что я пну его и сам завалюсь колобком назад, — вздыхает.

— Я теперь понимаю, откуда у Ярика такое странное чувство юмора, — вздыхаю я.

— Это я тут не виноват, — Юра поднимает руки в защитном жесте у груди. — Он сам сразу такой ко мне пришел. И чем тебе его шутки не нравятся?

— Я не сказал, что они мне не нравятся.

— В каждой шутке есть только доля шутки, Глеб.

— То есть ты действительно хотел Ярика убить?

— Да мало ли чего я хочу, — Юра хмыкает. — Я вот еще на луну хочу или домашнего моржа.

— Может акулу?

— Банально.

— Крокодила?

— Банально.

— Ладно, соглашусь, — смеюсь. — О домашних моржах я еще не слышал.

— Жена не разрешает, — Юра печально так смотрит на меня.

Я зависаю на минуту. Он действительно задумывался о том, чтобы завести моржа?

— Слушай, у меня вот рыбка, — наконец вздыхаю я. — Золотая рыбка. Не морж, конечно, но нервишки успокаивает. Плавает по кругу… И жена точно не будет против.

— Да сдохнет она у меня, — Юра кривится.

— Слушай, у меня рыбка не сдохла с тремя детьми. Дерганная чуток, но живая."

"— То есть и рыбки могут быть нервными и дергаными? — Юра приподнимает бровь.

— Да, — серьезно отвечаю я.

— Я понимаю, почему Ярик ушел к тебе, — Юра поглаживает щеку, — это только ты можешь на серьезных щщах говорит о дерганной золотой рыбке.

— Да я тебе не лгу, — смеюсь. — Она реально дерганная после всего, что пережила. У нее точно есть посттравматический синдром. Но живая. И я думаю, что твой морж точно бы откинул ласты, а рыбка живая.