Раб лампы

 — Зеленый черт приходил!

Естественно, подобная ремарка не вызвала у меня ничего, кроме смеха. Смех, правда, куда менее явный, просился наружу и после зловещей фразы Маркаряна о том, что в квартире 12 живет дьявол. Владелец гипермаркета «Король Лир», кажется, немного обиделся.

— Посмотрел бы я, как вы на моем месте посмеялись бы, — буркнул он. — Ничего смешного! В общем, в двенадцатой квартире живет существо, которое… я даже не знаю — блаженный, не блаженный… Кашпировский там или кто… экстрасенс… только я так больше не могу!

— В чем же выражаются экстрасенсорные способности вашего соседа?"

"Маркарян глянул на меня, как злобная учительница по истории смотрит на ученика, который не знает, кто такой Петр Первый.

Потом с силой потер свой небритый подбородок и воскликнул, с еще большей силой ударив кулаком о пол:

— И она еще спрашивает! Да если бы я знал, как он это все угадал! Я не знаю, не знаю! Честное слово, я хотел разобраться… но там — что-то мистическое, что недоступно моему пониманию!!

И он с такой силой стукнул себя по голове, словно хотел размозжить собственный череп.

— Хорошо, — подключился к разговору Кругляшов, — я сам скажу за Гама… м-м-м… за Гамлета Бабкеновича. В общем, примерно полторы недели тому назад Мельников и Бармин… разве вам не доводилось слышать этих фамилий?..

— Бармин — это, кажется, управляющий «Волга-банка»? — предположила я.

— Именно так! Полторы недели назад Бармин, Мельников и Гамлет Бабкенович сидели в этом дворе, в машине Мельникова, ожидали жену Мельникова, с которой он должен был ехать к теще.

То есть — ожидал один Мельников, а друзья подсели к нему за компанию, чтобы ему скучно не было. Речь зашла о том, что Мельников хотел бы приобрести квартиру по соседству, в которой живет… непонятно, кто там живет! Он обрисовал непонятную ситуацию, сложившуюся вокруг этой квартиры, и в этот момент из подъезда вышел тип, которого Мельников в той квартире видел. Тип, что и говорить, странный. Ходит в обнимку с керосиновой лампой, понимаете? Не все дома у товарища! Гамлет Бабкенович с друзьями стали типчика обсуждать, шутить, а тут он сам начал плести какую-то чушь. Про то, что Мельникову не нужно ездить на роликовых досках и вообще следует их опасаться, и еще какую-то ахинею про Бармина: «Ерема, баба, свежевыстриженный затылок»! Что это, по-вашему?

— Действительно, какая-то ахинея, — признала я. — «Ночь, улица, фонарь, аптека»…

— Да это еще ничего! — воскликнул Кругляшов.