Раб лампы

Не надо… не нужно никого убивать. Желтые носки… смешно… свет.

— Он смотрит прямо на лампу, — сказала я. — Он что, уже не боится электрического света? Н-да… С вами не соскучишься!

— Жит стало лучше, жит стало вэселее, — грустно подытожил Крамер голосом Иосифа Виссарионовича Сталина.

Эпилог

Осталось сказать лишь несколько слов о том, что было дальше.

Во многом я оказалась права. В частности, в предположениях о дальнейших действиях Маркаряна, буде он останется в живых. Гамлет Бабкенович в самом деле продал весь свой бизнес и уехал в неизвестном направлении.

Сказали, что он перебрался то ли в Грецию, то ли в Турцию. С перепугу он отстегнул огромную сумму Ирине Акимовой, цифру я не уточняла, но, думаю, речь шла о сотнях тысяч, а то и о миллионе долларов. Меня он тоже не обидел, конечно… Еще бы!

Ира Акимова и Вова Крамер благополучно уехали в Канаду. У Вовы оказались там родственники, в частности, родная бабушка, и это облегчило оформление виз. Хорошо, что оформление шло через Вову, а не через Иру, потому что она не могла выступать под своим настоящим именем, да и ее псевдоним — Аня — был изрядно испачкан кровью участием в «светотеневских» акциях.

Честно говоря, даже несмотря на Вовину бабушку, мне пришлось подключить все свои связи, чтобы обеспечить им переброску за океан. Вскоре они прислали мне письмо по электронной почте, а потом еще одно. Не далее как вчера я получила сообщение, что они с Вовой поссорились из-за того, брать им кошку или нет. Честно говоря, когда я это прочитала, слезы выступили у меня на глазах. Наконец-то люди спорят о том, о чем спорят во многих семьях — из-за пустяков, из-за полной ерунды, из-за кошек и обычных бытовых мелочей. А не из-за того, убивать ли человека или оставить его жить!

Человек с керосиновой лампой тоже исчез с горизонта. Не знаю, случайно или нет, но Ира и Вова ни разу не упомянули его в своих весточках из-за океана. Нет, не потому, что они о нем забыли. Я более чем уверена, что о нем заботятся, что он или живет с ними, или помещен в пансион, или точно так же — отдельно — проживает в какой-нибудь канадской квартире, где по-прежнему не зажигает свет.

А соседи считают его чудаком, помешавшимся на экономии…

Теперь о том, что происходит у нас, в Тарасове.

Следствие по делу о взрыве в доме Маркаряна, как это водится, зашло в тупик. Слишком много было оборванных концов, которые вели то не туда, то не так, то не в те сферы.