Пылающие сердца

"

"– Мне нечего стыдиться того, что я хочу тебя, - мягко произнесла она.

– Или любого другого мужчину! - с жестокой насмешкой бросил он ей.

– Нет, только тебя. - Она улыбнулась, когда он недоверчиво фыркнул. Потом умышленно добавила дразнящим тоном:

– Мы созданы друг для друга, Ройс. Постарайся смириться с этой мыслью. Рано или поздно, ты признаешь это.

– Тебе никогда не удастся включить меня в число своих любовников, женщина, - решительно заявил он.

– Очень хорошо, милорд, если таково твое желание, - ответила она, пожав плечами и преувеличенно громко вздохнув.

– Не желание, а правда, - настаивал он. - И прекрати заманивать меня своими уловками.

Услышав это, Кристен не смогла удержаться от смеха.

– Какими уловками, милорд? Я виновата лишь в том, что смотрю на тебя, может быть, чаще, чем следовало бы, но мне очень трудно удержаться. В конце концов, ты здесь самый красивый мужчина.

У него даже перехватило дыхание.

– Господи, неужели все норвежские шлюхи так бесстыдно откровенны?

Ее слишком часто называли шлюхой.

– Я не знакома ни с одной шлюхой, поэтому не знаю, что ответить на это, - не сумев скрыть своего гнева и обиды, отрезала Кристен. - То, что ты называешь бесстыдством, я называю честностью. Ты предпочел бы, чтобы я солгала тебе, сказав, что ненавижу тебя, что мне претит один лишь твой вид?

– Как я могу не вызывать у тебя ненависти? Я сделал тебя рабыней.

– Может быть, ты поэтому до сих пор заставляешь меня носить их, зная, как они мне ненавистны? - подозрительно спросила она.

Он не потрудился ответить на это.

– Я думаю, ты ненавидишь меня и хочешь отомстить, специально соблазняя меня, чтобы заставить поддаться своим чарам.

– Если ты действительно так думаешь, сакс, тогда никогда не примешь то, что я готова дать тебе по доброй воле, и мне очень жаль. Я ненавижу свои кандалы, но не тебя. А оказаться в рабстве - это не внове для моей семьи, - загадочно добавила она. - Если бы я думала, что навсегда останусь рабыней и буду всю жизнь носить оковы, тогда действительно, может быть, я бы и возненавидела тебя.

– Значит, ты надеешься убежать отсюда? Ее глаза сузились.