Пылающие сердца

Кристен поморщилась, когда обе ее руки вытянули вперед и крепко связали веревкой запястья. Она беспомощно наблюдала за тем, как то же самое проделали с Рейсом.

Элдред торжествовал, глядя, как их обоих поволокли туда, где стояли их лошади.

– Должен поблагодарить тебя, Ройс, за то, что ты выехал ко мне навстречу, да еще прихватил с собой эту девку. Это неожиданный и приятный сюрприз. Я-то думал, что мне придется неизвестно сколько времени торчать в твоем лесу, поджидая возможности захватить тебя, когда ты будешь один.

Весь остаток дня они ехали на север и лишь к вечеру достигли места назначения. Это было небольшое поместье, гораздо меньше, чем Уиндхерст, но хорошо укрепленное.

Ройс все еще был в состоянии сам спешиться, но уже не так твердо держался на ногах. Кристен закусила губу, чтобы не расплакаться, заметив, что вся его туника была насквозь пропитана кровью. Она предположила, что это было родовое поместье лорда Элдреда, но ей не приходило в голову, что он не был здесь полноправным хозяином, пока Ройс не обратился к нему.

– Твой отец…

– Не поможет тебе, - резко оборвал его Элдред, и на этот раз в его словах явственно прозвучало злорадство. - Он отправился просить Альфреда изменить свое решение и позволить мне снова вернуться ко двору. Видишь ли, мой отец не любит, когда я живу дома. Он утверждает, что я умудряюсь обрюхатить всех его служанок и через девять месяцев после моего очередного появления оказывается, что в доме некому прислуживать.

– Отвести его в погреб и приковать цепями к стене!

– Его рана… - начала было Кристен, но он оборвал и ее.

– Будет кровоточить, точно так же, как и ты будешь истекать кровью, когда я закончу с тобой.

Услышав это, Ройс попытался было броситься на него, но один из людей Элдреда ударил его по виску рукоятью меча, после чего Ройс потерял сознание. Кристен вынуждена была беспомощно наблюдать за тем, как его оттащили прочь.

Это было довольно убогое одноэтажное жилище, построенное целиком из дерева. Лежавшие на полу камышовые циновки были чудовищно грязными. Встречавшиеся ей слуги казались жалкими, запуганными созданиями, которые даже не решались, бросить взгляд ни на нее, ни на сопровождавших ее мужчин, которые повели ее в дальний конец зала. Здесь ее втолкнули в крохотную комнатку, где даже не было окон.