Пылающие сердца

– Ты все еще сердишься? - Она ничего не ответила на это. Ройс присел рядом с ней на корточки и тронул ее за плечо. - Сядь, чтобы я мог снять с тебя кандалы.

Она повернулась и посмотрела на него, но не стала садиться.

– Если ты унесешь их насовсем, тогда снимай. В противном случае пусть остаются.

– Не будь такой упрямой, женщина! Бери то, что тебе предлагают.

– И будь благодарна за это, не так ли? - холодно спросила она. - Нет. Если ты собираешься обращаться со мной как с животным, будь, по крайней мере, последователен в своих действиях.

Он проигнорировал ее выпад и лишь напомнил:

– Раньше тебя это устраивало.

– Это было раньше.

– Понимаю. Ты рассчитывала, что все изменится лишь потому, что ты разделила со мной мою постель. - Он покачал головой, - Это так? - Она отвернулась, но он схватил ее за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. - Это так, Кристен?

– Да! - В этом восклицании прозвучали вся ее боль и горечь. - Я никогда не смогла бы обращаться с тобой так жестоко после всего, что произошло между нами.

– Уверен, что ты прекрасно понимаешь, почему я вынужден так поступать, Кристен, просто тебе это не нравится, - сказал он нетерпеливо. - Если хочешь знать, мне это нравится не больше, чем тебе!

– Неужели? - язвительно спросила она, - Ты здесь хозяин и властелин. Все, что делают со мной, делают по твоему приказу.

Окончательно потеряв терпение, Ройс поднялся и сурово уставился на нее потемневшими глазами.

– Очень хорошо, я могу предложить тебе другое решение.

– Ты с таким же успехом можешь запереть меня в темнице!

– У нас здесь нет темницы. Я предлагаю тебе свою комнату вместо этой конуры. Выбор за тобой.

– Это не выбор, милорд! - возразила она. - Ты предлагаешь еще больше ограничить мою свободу.

– Ну что ж, есть еще один вариант. Я убью твоих друзей, и тогда ты сможешь разгуливать по всему Уиндхерсту безо всяких ограничений.

– Что?!

Кристен села и недоверчиво уставилась на него, а он как ни в чем не бывало продолжал:

– Я могу доверять тебе только в одном случае - если их здесь больше не будет и моим людям перестанет угрожать опасность быть перебитыми, если пленники надумают бежать.