Пробужденный любовник

Фьюри скосил глаза на стоявший на полу череп, думая о том, что Зед уже успел доказать, насколько хорошо справляется с обезглавливанием.

— Ты слышал меня, брат? — Резко переспросил он.

Фьюри кивнул. Черт, у него было нехорошее предчувствие относительно того, как все это закончится. Очень нехорошее.

Глава 6

О вел свой Ф-150 по 22-ому шоссе, и лучи заходящего солнца били ему прямо в глаза. Он был словно с похмелья: голова раскалывалась и в теле было ощущение сравни тому, что появлялось у него после пьянки — едва ощутимые толчки под кожей, словно там копошились червяки.

Длинная череда разочарований, которая вечно тащилась за ним, тоже напоминала о тех днях. Как, например, в тот раз, когда он проснулся с уродливой женщиной, которую презирал, но все равно трахнул. Все было точно также… Только намного, намного хуже.

Он подвинул руки, лежавшие на руле. Костяшки его пальцев были разбиты, а на шее были царапины. Приступ тошноты пришел вслед за воспоминаниями о прошедшем дне. Он испытывал отвращение от вещей, которые проделал со своей женщиной.

Ну, это теперь он испытывал отвращение. Творя их… он считал себя правым.

Боже, ему следовало быть осторожнее. В конце концов, она была живым существом. Черт, а что если он зашел слишком далеко? Проклятье… Он не должен был позволять себе, делать с ней все это. Но как только он увидел, что она освободила вампира, он потерял контроль над собой — превратился в шрапнель, разорвавшую ее.

Он отпустил педаль газа. Он хотел вернуться, достать ее из трубы, заверить себя, что она все еще дышит.

Надавив на акселератор, он сказал себе, что если вернется, уже не сможет покинуть ее, и тогда старший лессер обязательно явится, чтобы узнать, в чем причина его отсутствия. И это станет проблемой. В центре убеждений был полный бардак. Будь оно все проклято…

О притормозил и повернул руль вправо — грузовик свернул с 22-ого шоссе на узкую грунтовую дорогу.

Хижина мистера Икс, по совместительству и штаб-квартира общества Лессинг, находилась в полной изоляции посреди семидесяти пяти акров леса.

Он открыл дверь хижины и понял, что пришел последним.