Пробужденный любовник

Молился о том, чтобы ты…

— Теперь ты должен понимать, почему я умираю за тебя каждый божий день. Твоя боль — моя боль.

— Нет, это не так. Поклянись мне, что ты прекратишь это.

— Я не могу.

Зед закрыл глаза. Пока они лежали вдвоем на больничной койке, он изо всех сил желал вымолить прощение за все то дерьмо, которое сделал с тех пор, как Фьюри освободил его… и хотел наорать на своего близнеца, за то, что тот был таким долбаным героем. Но больше всего он хотел бы вернуть Фьюри все потраченные впустую годы.

— Ну, тогда ты не оставляешь мне выбора.

Голова Фьюри дернулась, оторвавшись от руки Зеда.

— Если ты погубишь себя…

— Думаю, я лучше попытаюсь давать тебе поменьше поводов для беспокойства.

Зейдист почувствовал, как тело брата обмякло.

— О… Господи.

— Уж и не знаю, как у меня это получится… Мои инстинкты… Они заточены под злобу, ты знаешь. Вероятно, я навсегда останусь пороховой бочкой.

— О, Господи…

— Но, знаешь, может, я могу что-то сделать с этим.

— О… Господи. Я помогу тебе. Всем, чем смогу.

Зед покачал головой.

— Нет. Я не хочу помощи. Мне нужно сделать это самому.

Какое-то время они лежали молча.

— У меня рука затекает, — сказал Зед.

Фьюри поднял голову, и Зейдист вынул руку, но с места не сдвинулся.

* * *Перед самым уходом Бэлла отправилась в палату, отведенную Зейдисту. Она уже несколько дней откладывала свой отъезд, убеждая себя, что причиной этому не было желание увидеть Зейдиста здоровым.

Дверь была слегка приоткрыта, и она постучала об косяк. Ей вдруг стало интересно, что бы он сказал, если бы она просто вошла без приглашения. Вероятно, ничего.

— Входите, — произнес женский голос.

Бэлла шагнула в комнату. Комната была пуста, а разветвленное древо медицинского оборудования, валялось на боку, словно было мертво. Медсестра собирала осколки, валявшиеся на полу, и кидала их в мусорное ведро.

Медсестра улыбнулась.

— Вы его ищите? Он в соседней палате, с братом.

— Спасибо.

Бэлла прошла к следующей двери и тихо постучала. Ответа не последовало, и она вошла внутрь.

Они лежали рядом, повернувшись друг к другу спинами, так близко, что, казалось, их позвоночники срослись в единое целое. Их ноги и руки были согнуты под одинаковым углом, подбородки упирались в грудь.