Притворись, что любишь

Впрочем, приближаться к Кириллу не спешил. Лишь уперся руками в бока и продолжил орать:

– Так это ты папаша, что ли?

– Я, – ответил Кирилл с вызовом.

– Да как ты смеешь ко мне домой вламываться…

– Рот закрой, плешивый! – пробасил Трубачёв с отвращением. – Слушай меня внимательно! Если ты еще хоть раз посмеешь поднять руку или даже голос на Киру повысишь, я тебя закопаю! В прямом смысле. Отвезу в лесок, свяжу и закопаю. Живьем! Понял?

Отчим Киры потряс головой, переваривая услышанное. И снова попытался подать голос:"

"– Ты что, мне еще угрожать будешь? – сказал он это без особой уверенности.

Кирилл усмехнулся и шагнул в сторону Аркадия. Тот резво отпрыгнул на пару шагов и забежал за стол.

– Непонятливый, да? – Кирилл размял костяшки пальцев. – Ну, давай разъясню.

Разделявший их стол вмиг был отброшен к стене.

– Не по-мужски это, сироту обижать, – прогремел Кирилл, возвышаясь над деморализованным противником.

Больше попыток вставать Аркадий не делал, говорить тоже не пытался. Лишь кивал и изображал полное согласие со словами оппонента.

– В общем, так, тварь земная, сейчас хватаешь куртку и сваливаешь отсюда дня на два.

– Куда ж я? – попытался протестовать он.

– Да мне всё равно! Хоть на вокзал. Чтобы духу твоего здесь не было, когда Кира вернется. В следующий раз увидишь ее, чтоб извинился! – Кирилл для убедительности впечатал кулак в собственную ладонь. – Киваешь, значит, понял. Ну, что глазами хлопаешь? Пошел собираться!

Аркадий тут же скрылся в своей комнате. Кирилл брезгливо посмотрел ему в след и вышел вон.

Кира ждала его в машине. Он забрался внутрь и заметил, что она дрожит.

– Ты бы хоть куртку накинула, что ли? – отругал он ее.

– Как-то не до этого было, – простучала зубами Кира.

– Эту беду мы поправим, – он стал снимать с себя полупальто. – На вот, держи. Сейчас печку включу.

Кира завернулась в нагретую одежду и в очередной раз смахнула с щек слезы.

– Ну что ты, маленькая, успокойся! Знаю, противно, – с этими словами Кирилл обнял ее за плечи.

– Просто до этого он меня никогда не бил! – всхлипывая, призналась Кира.