Притворись, что любишь

При каждой встрече он смотрел на нее так, словно она была какой-нибудь букашкой. Причем не просто букашкой, а тараканом или клопом. В общем, чем-то мелким и крайне неприятным. Эта неприязнь была взаимной.

Кира зашла внутрь и огляделась."

"Александр Демьянович действительно был занят… поеданием булочки с кремом. Кабинет его был огромен. Он сидел в большом кожаном кресле за столом т-образной формы. При желании за таким столом можно было вместить человек двадцать, не меньше. На взгляд Киры обитель генерального была чересчур мрачной.

При виде нее Трубачёв поперхнулся.

– Барышня, вас стучать не учили? – проговорил он, откашлявшись.

Кира вспомнила о приличиях.

– Извините, не хотела вас беспокоить, – с этими словами она подошла к столу. – Но Наталья Михайловна не хотела меня впускать. А мне очень нужна ваша помощь!

– И какая же помощь могла тебе понадобиться? – удивился Александр Демьянович. Сесть ей он не предложил.

– Дело в том, что я не могу связаться с Кириллом, а мне очень нужно с ним поговорить, – начала Кира.

Трубачёв остановил ее речь рукой.

– Девочка, – сказал он снисходительным тоном. – Если ты не можешь связаться с моим сыном, значит, он не хочет, чтобы ты с ним связывалась. Я понятно выражаюсь?

– Но мне очень нужно с ним поговорить, – продолжала настаивать она. – Не могли бы вы попросить его…

– Что же такого важного ты хочешь ему сообщить? – перебил он ее.

Кира запнулась, думая, стоит ли выдавать информацию.

– Я беременна, и я думаю, ему нужно об этом знать.

Александр Демьянович хмыкнул.

– Милая барышня, а каким же образом твоя беременность связана с моим сыном? Позволь полюбопытствовать.

Кира растерялась и по-своему поняла слова Трубачёва-старшего.

– Вы сомневаетесь, беременна ли я? В таком случае я могу принести вам справку!

– О нет. В то, что ты беременна, я как раз готов поверить. Иначе прийти сюда не решилась бы. А вот в том, что Кирилл имеет какое-то отношение к ребенку, я сильно сомневаюсь.

Кира опешила окончательно. Не знала, что еще может сказать или сделать, чтобы убедить этого упрямца ей помочь.

– Ну, что глазами лупаешь? Думаешь, я не знаю, сколько Кирилл на тебя потратил? – тон Трубачёва резко повысился. – Я его счета отлеживаю. Одни твои дизайнерские курсы обошлись ему в полмиллиона! Уж молчу о том, сколько он спустил на тебя после.