Притворись, что любишь

 – Ты должна была сразу со мной связаться! Вместо этого ты позволила ему видеться с детьми, а мне ни слова! Если бы я вчера не позвонил, так и сидела бы молча?! Ну? Отвечай!

Он пнул ногу пленницы увесистым ботинком. Кира сдавленно охнула.

– Не трогай ее, сука! – зарычал на него Кирилл.

– Не трогать? – Рыков хищно оскалился. – Это вряд ли!

– Если ты ее убьешь, – быстро заговорил Кирилл. – Я костьми лягу, но ты ни копейки за меня не получишь! Думаю, это не обрадует твоих сообщников. Они, поди-ка, уже шкуру неубитого медведя делят?

– Хорошо ты по ушам им проехался, – с некоторой досадой бросил Рыков.

– Что ты задумал? – с тревогой спросил Кирилл.

Рыков отошел от Киры, искренне наслаждаясь эффектом, который произвели его слова.

– Никогда не понимал, что люди находят в таких уродках. Хоть блондинистый цвет сменила, а то смотреть было страшно. Непонятные кудри торчат в разные стороны, как болонка. Такая же мелкая, ноги как спички… Мозгов нет…

Кирилл глянул на испуганную жену и удивился, как кому-то может не понравиться ее хорошенькое личико и ладная фигура. Ноги ее ему всегда очень нравились. Совсем не спички! В ней вообще не было ничего, что могло бы не понравиться нормальному здоровому мужчине.

– Что ты в ней нашел, Трубачёв? – продолжил Рыков, приподняв одну бровь. – Трахается хорошо? Проверим! Моим ребятам она очень понравилась! Хочешь, могу пустить тебя первым. На правах мужа.

Кирилл заметил, как с лица жены исчез какой-либо цвет, даже губы побледнели. Он невольно дернул руками. Наручники звякнули.

– Что же ты творишь, падаль! Это даже для тебя слишком! – процедил он, чувствуя себя как никогда беспомощным.

Рыков как обычно пропустил оскорбление мимо ушей и заулыбался еще шире.

– Нет, это не слишком. Это даже не в самый раз! Кстати, спасибо, что напомнил. Надо бы ее перед употреблением подготовить! А то бледная какая-то, бесцветная… Ни синяка, ни кровинки на лице. Нужно срочно поправлять дело!

В этот момент в коридоре снова раздались шаги.