Прекрасный яд

Что я должна сказать?

Могу ли я вообще что-то сказать?

— Ты что? — он кажется больше, выше и совсем не похож на Кейна, который держал меня за руку, когда я дурачилась в своем родном городе.

Нет той беззаботности, нет мягкого взгляда и, конечно, нет редких улыбок.

Но в моей голове крутится только одна мысль.

Я не хочу, чтобы он меня ненавидел.

Я не хочу его потерять.

— Выслушаешь меня? — мой голос тихий, прерывистый.

Молния освещает небо и озаряет комнату, бросая угрожающую тень на лицо Кейна.

Дождь начинает барабанить по крыше, а по стеклам стекают ручейки воды.

— Я слушаю."

"В его голосе нет ни поддержки, ни мягкости. Только угнетающий, бесчувственный тон. Но, по крайней мере, он готов дать мне шанс объясниться.

— Более восьми лет Ви была единственным человеком, который удерживал меня от самоубийства. Она — весь мой мир и причина, по которой я до сих пор жива, — мой голос по-прежнему тихий и сдержанный. — Когда на нее напали, я видела, как мой мир рушится у меня на глазах.

Я поклялась отомстить. Пообещала, что тот, кто это сделал, заплатит, чего бы это ни стоило. И поскольку моя единственная связь с жизнью была разорвана, я почувствовала себя непобедимой. Как будто мне нечего терять.

— Нечего терять, — медленно повторил он.

— Да. И когда я прочитала ее дневник, я нашла запись, где она описывала, как за ней следили подозрительные мужчины, и нарисовала кольца с непонятными символами, которые были у них на руке, упоминая «Гадюк», я копнула глубже и узнала о «Венкоре».

Я вспомнила, что когда я встречалась с Маркусом, ходили слухи, что он из очень влиятельной семьи, принадлежащей к тайной организации, но я также знала, что он никогда не был частью этой семьи, поэтому я больше не стала с ним сближаться, не говоря уже о том, что он даже пытался пустить меня по кругу со своими друзьями…

— Он пытался пустить тебя по кругу? — его челюсть дернулась, палец задрожал.

— Нет, у него не было возможности.

Я ушла и рассталась с ним. И я с ним не спала. Честно говоря, он ничтожество. Но он упоминал, что большинство игроков «Гадюк» гнилые до мозга костей, и я слышала слухи, что многие из них состоят в «Венкоре».

— Значит, ты сблизилась со мной, чтобы отомстить.

— Нет, — вырвалось у меня, и я поморщилась. — То есть, да. Вначале это было моей целью, но я быстро поняла, что ты не мог допустить чего-то подобного, как нападение на Ви.