Прекрасный яд

Я прохожу немного дальше, обращая внимание на стволы и запоминая их формы. Однако здесь темно, и только полоска света пробивается сквозь облака, поэтому трудно что-либо разглядеть."

"Холодный воздух обволакивает мою кожу, острый и колючий, и я обнимаю себя, пытаясь согреться. Ночь густая и тяжелая, давит на меня со всех сторон, и единственный звук в этой бесконечной тишине — слабый шелест листьев.

Каждый мой шаг погружается во влажную траву, и мягкий хлюпающий звук под ногами нервирует. Живые изгороди высоко возвышаются, извиваясь и поглощая тропинку передо мной.

Подождите.

Разве я уже не проходила это дерево?

Я оглядываюсь и замираю.

Это не просто причудливый сад.

Это лабиринт.

Я едва вижу на расстоянии шестидесяти сантиметров перед собой. Тени двигаются, как будто они живые, луна проскальзывает сквозь облака, но не может пробить черный покров, окутавший все вокруг.

Мое дыхание затуманивает воздух, смешиваясь с холодом, который уже проникает в кости. Каждый шаг кажется тяжелее предыдущего, ноги болят, каблуки впиваются в ступни, натирая мозоли.

За моей спиной раздается шуршание, но прежде чем я успеваю обернуться, большое тело обволакивает меня.

Холодный клинок прижимается к моему горлу.

Мое дыхание замирает, тело дергается, но сильная рука обхватывает меня за талию и оттягивает назад. Я спотыкаюсь, трава скользит под каблуками, и меня тянут к чему-то твердому — к кому-то твердому.

Воздух наполняется опасностью, и тепло его дыхания скользит по моей шее, вызывая мурашки по коже.

Я прижата к нему, нож в миллиметре от моей кожи. В горле зарождается удушающий крик, но он не может вырваться наружу, когда я мельком вижу ужасную черную маску с отвратительными змеиными деталями.

Мой пульс учащается, все тело пробуждается в ответ.

Его дыхание ровное, едва заметно в воздухе. Каждый выдох медленный, размеренный, скользит по моей коже, как его рука.

Несмотря на холод вокруг, его дыхание теплое, но в то же время кажется предупреждением — слишком тихое, слишком спокойное, как будто он скрывает что-то темное под поверхностью.

— Кейн? — шепчу я.

— Тише… — он сжимает мою талию. — Пора проверить, действительно ли ты этого хочешь, Далия.

— Как…?

— Беги, — рычит он, и это слово скользит по моей коже, как шелк, низкий и опасный.

Он отпускает меня, и я спотыкаюсь, поскользнувшись каблуками на траве.

Я оборачиваюсь и едва разглядываю его тень в темноте, высокую и скрытую в ночи.

— Три, — его голос резкий, он ударяет по моей коже, как хлыст.