Преисподняя

— Вы знаете меня? Вы знаете Людей Льда?

Женщина пригласила ее сесть, остальные тоже сели.

— Нет, я не знаю тебя, — лукаво улыбнулась старуха. — Но о Людях Льда в наших кругах все высокого мнения. И ваши глаза ни с чем не спутаешь. Но, насколько мне известно, вы жили в Тренделаге около пятнадцати лет назад, когда таких, как вы, уничтожали. Как получилось, что ты оказалась здесь?

— Это длинная история, — ответила Суль. — Я слышала о ведьмах из Бресарпс Бакар от одной моей старой родственницы по имени Ханна, и поскольку нас осталось так мало из Людей Льда, меня всю жизнь тянуло сюда.

— Ханна? — произнесла старуха. Ее лицо почти полностью скрывал темный капюшон и накидка. — Ханна? Моя бабушка по отцу слыхала о какой-то Ханне из Людей Льда, обладающей большими способностями. Может, это она?

— Вполне возможно. Всему, что я знаю, я научилась у нее.

— Но как ты попала сюда, в Бресарпс? — спросила другая женщина.

Суль улыбнулась.

— Тот, у кого есть лишь одно желание в жизни, сделает все, чтобы оно исполнилось.

Мне помогла одна старая супружеская пара. Они поняли, кто я такая. Неподалеку от них квартировались солдаты судьи.

— Понятно, — сказала женщина.

Суль была так счастлива, что почувствовала полный упадок сил. Они предложили ей еду — хлеб и воду, и у нее появилась возможность поближе рассмотреть их."

"У старой женщины была прекрасно сохранившаяся, гладкая, как в молодости, кожа, но волосы совсем поседели, а зубов и вовсе не было. Другая женщина была средних лет и настолько изможденная, что у Суль появились опасения, что та вот-вот упадет замертво, если произнесет хоть одно слово.

Она была бледной и худой, и никакие радости, никакой огонь не могли согреть ее. Ее пепельные волосы были растрепаны и перепутаны, кожа на лице преждевременно обвисла. Она все время сухо и раскатисто кашляла. Мужчина был на редкость неразговорчив. Трудно было определить, что это за человек. Он был высок, долговяз и нескладен, с продолговатым лицом и печальными глазами. На его запястьях были глубокие следы от судейских наручников.

Ее приход оживил собрание.

Рассказав им о своих приключениях, Суль выразила желание послушать что-нибудь о них самых. И они рассказали ей о своей страдальческой жизни — жизни в постоянном страхе и гонениях. Мужчина пересел от костра в темноту, где уже наступившая ночь казалась вдвое темнее.

— Да, нас теперь так мало, — вздохнула старая женщина.