Предатель. На осколках лжи

Все закончилось в тот момент, когда он попал в аварию, а она ему выложила, что выходить замуж за инвалида никак не входит в ее планы.

Так легко это произнесла! Даже улыбнулась, а потом спокойно отвернулась и подошла к двери.

Давиду хотелось крикнуть:

– Даш! Как же так? Мы же клялись в вечной любви! Пока смерть не разлучит нас! И вот она, эта смерть, прошла мимо, почему же и ты уходишь?

Но он ничего ей не сказал. До последнего не верил, что она уйдет. А она сделала это.

Тогда и он решил, что ей не место в его жизни.

Нет, не с интересом. С благодарностью!

И поначалу все шло неплохо. С помощью отца и его денег Давид быстро пошел на поправку, и с тех пор ни разу не видел Дашу и даже не узнавал, где она и что с ней. Принципиально.

Но это, конечно же, не касалось снов, где она приходила к нему. Утром было и стыдно, и больно.

– Давид Генрихович, – склонилась над ним девушка в белом халате и шапочке, – все готово.

Она протянула ему небольшой пакет с брендом клиники, и мужчина взял его, вскочил и не прощаясь большими шагами пошел к выходу.

Через полчаса, заехав на подземную парковку, он на лифте поднялся на третий этаж, забежал в квартиру, схватил чемодан и принялся кидать в него свои вещи.

Регина, конечно же, оказалась рядом:

– Что происходит, милый?

– Мы разводимся! Квартиру я оставляю тебе, за мной – загородный дом.

– А папа знает о твоем решении?

– Мне плевать на папу и на то, что он об этом думает, – ответил Давид, подхватил одним жестов штук пять плечиков с костюмами и отправил их в чемодан.

Когда Давид добрался до загородного дома, на часах было три часа. Упав на кровать в спальне, он и не заметил, как заснул.

Проснулся, когда на улице уже было темно.

Сев на кровати, он взял телефон и посмотрел на экран: семнадцать пропущенных от отца и несколько сообщений.

Да, это было почти спонтанное решение, рожденное на эмоциях, но Давид об этом не жалел. Казнил он себя только за то, что за десять лет не создал хоть мало-мальскую финансовую подушку безопасности. Работал-то он с утра до ночи! Так хотел, чтобы отец был им доволен, верил, что тот его обязательно вознаградит, и что в итоге?

Гуревич встал, прошел в гостиную, подошел прямиком к бару и налил в бокал виски.