Предатель. Вернуть любимую (СИ)

Глава 36

Месяц спустя

Рита

«I love you, Бельская»… Фраза Мирона вертится у меня в голове.

Прошло тридцать дней, а желание Суворова помириться не угасает, даже несмотря на то, что я держу оборону.

Сначала он действовал напористо, но вдруг сменил тактику — ненавязчиво напоминал о себе цветами, доставками обедов из ресторана, милыми подарками. Он больше не ловит меня на улице, но часто приезжает вечером к Модному дому и наблюдает за мной из окна своей машины.

Вот и сегодня я рассчитывала, что Суворов обязательно явится на показ, но формальная часть уже завершилась, а его почему-то до сих пор нет.

Когда-то меня очень обижало, что Мирон посещал подобного рода светские мероприятия, а меня с собой не брал.

Я расстраивалась, плакала от зависти и несправедливости, считала себя ущербной, потому что в высшее общество меня принимать не хотели. Люди, которых Мирон считал друзьями, даже подставили его, чтобы мы расстались.

А теперь я модель в самом крутом доме мод, на мне брендовая одежда, на моем банковском счете лежит внушительная сумма.

…возвращаясь в которую я каждый вечер глохну от тишины и мерзну от одиночества.

Я научилась отказывать людям, даже таким, как Мирон Суворов. Меня со всех сторон можно назвать успешной.

И в то же время…

На обратной стороне успешности накопилось с десяток непрочитанных сообщений от лучшей подруги — я пашу как проклятая и просто не в состоянии болтать не по делу.

Я забросила свою мечту детства — стать ветеринаром. Учиться в вузе дистанционно продолжаю, но стремление получать выбранную профессию гаснет."

"Коллеги все чаще замечают, что я становлюсь похожей на Кириянову, причем не лучшими ее чертами. В попытке доказать Мирону и Виталине, что я тоже что-то значу, я стала терять настоящую себя. Из Риты я постепенно превращаюсь в Марго.

Я стала своей в мире Суворова. Стою в роскошном зале, как красивый манекен, на который глазеет искушенная публика.

По правую руку от меня двое солидных мужчин спорят о каких-то офшорах, по левую — дамы обсуждают не угодившие им сервисом курорты, а в середине я с фальшивой застывшей на губах улыбкой.

А счастье-то где?

В начале пути мной двигала финансовая нужда и жажда отомстить Мирогну и Виталине, а теперь цели достигнуты, и я понимаю, насколько чужд мне этот мир селебрити.

А может, я просто устала крутиться с утра до вечера как белка в колесе? Не знаю.