Правильный лекарь. Том 8

На парковочной площадке перед домом стоял грузовой фургон, Пантелеймон руководил разгрузкой. В открытых дверях стояла Маргарита, раздавая указания грузчикам, что куда нести. По ходу родители и правда решили закупиться впрок, потому что на коробках я в основном видел маркировки различных продуктов. На душе стало неспокойно, отец никогда бы на такое не пошёл, если бы не чувствовал реальной угрозы. Как говорится «это ж-ж-ж неспроста».

Вслед за грузчиком я протиснулся мимо Маргариты и встретился в прихожей с взволнованной матерью.

— Привет, сын, — бросила она, чмокнула меня в щёку, не надевая пальто вышла на улицу и направилась к грузовику."

"Я вошёл наконец в прихожую, снял пальто и шляпу. После всей этой мотовни очень хотелось сесть в кресло перед камином, закинуть ноги на пуфик, накрыться пледом и взять в руки книгу, попивая чай с плюшками. Но этому сбыться было не суждено. Камин давно остыл и запаса дров рядом не было, а Настюха была занята распределением продуктов по холодильникам и тумбочкам, заварить чай ей было некогда.

— Приехал? — спросил выходивший из своего кабинета отец, когда я поднялся на второй этаж. — Что сказал Обухов?

— Что вы скорее всего поступаете правильно, — ответил я.

— Ты по поводу этого грузовика? — уточнил отец.

— Угу, — сказал я, отхлёбывая кофе, чтобы он прекратил попытки сбежать из кружки.

— Всё понятно, — нахмурившись сказал отец и пошёл вниз по лестнице.

Он отправился, как и мама, в сторону грузовика, а я наконец расположился за столом. Котангенс позаботился, чтобы я не грустил в одиночестве. С громким «мяу» он запрыгнул мне на колени, требуя немедленно его погладить, потоптался немного и улёгся, мурлыкая, как старый холодильник. А я и не был против, так намного уютнее и меньше мрачных мыслей лезет в голову, кот работает в роли оберега от них.

На столе так и лежал учебник по бытовой магии, который я теперь решил почитать не просто из любопытства, а с целью приобретения практических навыков. Открыв книгу в произвольном месте, сразу наткнулся на главу, где описана способность Пантелеймона генерировать тепло. Я вспомнил, как он немного подтопил снег в парке, и мы смогли катать снежные шары, чтобы лепить фигуры. При морозе ниже десяти и рыхлом пушистом снеге такое было бы невозможно.