Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь

– Где вы его нашли? Только не говорите мне, что это фамильная драгоценность. Камни такого качества, а главное, размера мне ещё не встречались. Вы, судя по всему, бывший военный, которому повезло урвать кусок пирога, о котором ещё никто не знает. Я прав?

– Не совсем, – усмехнулся Генри, – о нём знают, но разработка начнётся ещё очень не скоро. У вас есть шанс получить то, чего нет ни у кого.

– Вот как? Может, поделитесь информацией?

– Я не торгую информацией. Я продаю камень.

– Хорошо. Необработанным этот камень стоит семьсот пятьдесят тысяч.

– Я подумаю, – коротко ответил Генри и, развернувшись, направился к дверям.

– Когда мы узнаем о вашем решении? – быстро спросил его говоривший.

– Завтра, – бросил Генри и вышел из зала.

Быстро вернувшись в гостиницу, Генри поднялся к себе на этаж и, дойдя до двери своего номера, замер, так и не вставив ключ-карту в замок. Оставленная им метка была нарушена.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, Генри скользнул к соседней двери и, повернув ручку, осторожно толкнул дверь.

Пройдя к балконной двери, Генри выглянул на улицу и, убедившись, что его никто не видит, одним прыжком перемахнул через ограждение, тут же присев на корточки и сжимая в руке пистолет.

Заглянув в свой номер через окно и убедившись, что номер пуст, Генри принялся внимательно осматривать помещение, пытаясь понять, кто здесь был и что искал.

Личные вещи в чемодане обыскали. Тот, кто это сделал, старался уложить всё на место, но экс-капитан знал, на что обращать внимание. Ранец не открыли, хотя явно пытались.

Осматривая номер, Генри всё больше убеждался, что работали не профи, а профаны. У него в гостях побывали ночные цирюльники и пришли они не просто так. Их явно кто-то навёл, и кандидатура на эту роль была только одна. Портье.

Чуть усмехнувшись, Генри уселся за компьютер и, раздумывая, отправил фотографию камня вместе с копией анализа по всем фирмам, обозначенным в телефонной книге.

Спустя час он получил кучу ответов, каждый из которых содержал предложение о продаже. В фирме, в которой он побывал, оказались не самые откровенные представители.

Такой камень действительно стоил около семисот тысяч, но предложили они за него меньше, чем стоило бы. В одном из ответных писем содержалось более щедрое предложение.