Тайный наследник для миллиардера

Конечно, пока я работала моделью, я видела много странных контрактов, но такое мне предлагали впервые.

— Хорошо, как я объясню это Богдану? — привожу самый главный аргумент.

— А зачем что-то придумывать? Скажи как есть, — мне кажется, или он чересчур напряжен?

— Но, Тимур, — почти шепчу я, — так нельзя.

— Что именно нельзя? — уточняет Арсанов.

— Играть чувствами нельзя, — пытаюсь подобрать правильные слова, — они же дети. Над ними нельзя проводить эксперименты. Если вдруг не получится, ты будешь дальше подбирать Соне маму методом тыка? И что я тогда буду должна говорить сыну? Он… — собираюсь с духом и все-таки это говорю, — он тоже может привязаться к тебе.

Тимур нетерпеливо взмахивает рукой.

— Что тут может не получиться, Полина? Я два дня только и слышу от дочки о тебе и Бодьке.

У меня чувство, будто мы говорим на разных языках. Все верно, с мужчинами нельзя объясняться намеками и полутонами. Им надо говорить по существу, как есть.

— Это может пройти, Тимур.

— Что я?

— Ты захочешь устроить личную жизнь, женишься, и у Сони появится еще одна мама? Куда ты нас тогда денешь?

Арсанов смотрит на меня, не мигая.

— Ты это сейчас серьезно? Может, тогда скажешь, прорицательница, почему я до сих пор не женат?

Он сует руки в карманы и смотрит на реку. И пока я гадаю, он разозлился или обиделся, Тимур продолжает:

— Ты задаешь правильные вопросы, Полина, и я возможно с тобой бы даже согласился, но… Я точно знаю, если я снова тебя упущу, это будет самой моей большой ошибкой.

Наверное у меня совсем безумный вид, потому что Тимур выставляет вперед обе руки.

— Ничего не говори. Не отказывайся сразу, — он подносит ладонь к моим губам, но не касается. А так хочется, чтобы прикоснулся… — Обещай, что ты подумаешь. Пожалуйста…

Беспомощно киваю, потому что отказаться, когда на тебя вот так смотрят, совершенно невозможно.

— Хорошо, Тимур. Я подумаю. Возможно, ты прав, и фиктивный брак избавит нас от многих лишних вопросов…

— Фиктивный? Не смеши меня, Полина, — его глаза темнеют, в них появляется незнакомый блеск, от которого у меня холодеют конечности. — Если так тебе будет проще привыкнуть, можешь считать его фиктивным. Пока не передумаешь. А для меня он с первого дня будет настоящим.