Посеявший бурю

 — Видишь ли, Наследник, мне совершенно не хочется освобождать место вожака. Мне нравится управлять Пардом, и я не собираюсь отдавать власть кому-то вроде тебя.

Снова грохнул выстрел. На этот раз пуля, отскочив, врезалась в стеклянную колбу над головой Никиты. Стекло треснуло, и несколько сотен литров физиологического раствора хлынуло на пол. Следом вывалился монстр и неожиданно вяло пошевелился. Никита в ужасе бросился к другому баку.

— Нашей стае не нужен новый вожак, — продолжал Брамин. — Мои люди вовсе не жаждут возвращения прародителя, им и так неплохо живется.

Черноруков правил Пардом железной рукой. Нам это надо? А не станет тебя, не сбудется и пророчество. Для призрака просто не найдется подходящего тела. Если Летиция еще и заплатит нам за убийство, выгода очевидна!

— Логично, — согласился Никита.

Но погибать ему все равно не хотелось. Он выглянул из-за бака в поисках возможных вариантов бегства, но из зала вела всего одна дверь. И ее охраняли три оборотня.

Выстрел разнес еще одну колбу, и еще один монстр очутился на полу. На каменных плитах разлилось озеро остро пахнущего раствора.

— Сколько мне еще тратить серебро?! — взревел Брамин. — Вы, трое, хватайте его и тащите сюда!"

"Оборотни двинулись к Никите. Но едва они отошли от двери, как та распахнулась, и в зал стремительно вошла Иоланда.

— Темная госпожа? — испугался Брамин. — Вы здесь…

— И нисколько об этом не жалею. Я услышала все, что хотела, — ответила она. — Значит, это вы пытались убить его?

Вместо ответа Брамин вскинул руку и выстрелил в нее.

Иоланда даже не шелохнулась, лишь холодно усмехнулась. Из кончиков ее пальцев выдвинулись почти метровые лезвия.

Она пронеслась по залу, и люди Брамина завопили от ужаса. Их крики резко оборвались, на пол рухнули уже безжизненные тела, истекающие кровью.

Брамин кинулся прочь, но черный вихрь настиг и его. Никита только видел, как его рука, все еще сжимающая пистолет, отлетела в сторону и упала рядом с одним из бесчувственных чудовищ.

Иоланда замерла посреди зала, и ее одежды перестали шевелиться.