Посеявший бурю

В этот момент у него зазвонил телефон. Номер на дисплее высветился незнакомый. Воропаев включил громкую связь.

— Добрый вечер, Павел Васильевич, — раздался из динамика вкрадчивый хриплый голос. — Мы с вами не знакомы лично, но я много о вас слышал. Вы производите впечатление мудрого человека, а потому не советую вам совершать эту ошибку.

— Какую ошибку? — нахмурился прокурор.

— Арест этой женщины.

Павел Васильевич озадаченно переглянулся с Эммой и Панкратом. Эмилия торжествующе улыбнулась.

— Мы тщательно следим за всем, что происходит в этом городе, — продолжал незнакомец.

— Кто вы? — спросил Павел Васильевич.

— Думаю, вы тоже о нас слышали. Нас называют «Черным Ковеном». Воропаев взглянул на Эмму и приказал одними губами:

— Отследить звонок.

Эмма кивнула и вышла из кабинета.

— Вы должны немедленно отпустить госпожу Гордуновскую и дать ей спокойно уйти, — приказал незнакомец. — А иначе пожалеете.

— Неужели? — спокойно осведомился Воропаев.

— Всего лишь небольшая демонстрация наших возможностей, — донеслось из динамика.

"И вдруг все здание Департамента безопасности содрогнулось. Со стола прокурора посыпались на пол бумаги и канцелярские принадлежности, оконные стекла пошли мелкими трещинами. На улице взвыли автомобильные сигнализации, взлетели в воздух стаи потревоженных птиц. После нескольких мощных толчков все прекратилось.

— «Колебатель земли», — прошептал Павел Васильевич. — Чего вы добиваетесь?!

— В данный момент — свободы для Гордуновской.

Оконное стекло рассыпалось на мелкие осколки, и внутрь протянулись длинные черные щупальца. Воропаев испуганно отшатнулся от окна, Панкрат выхватил пистолет.

Чудовищный Гидеон плавно влетел в кабинет и опустился на пол. Его мощное тело покрывали толстые плотные доспехи из кожи и блестящего металла. Некоторые участки тела были открыты, например грудь, где располагалась акулья пасть, и места за плечами, откуда тянулись многочисленные извивающиеся отростки.

— Он на свободе? — изумленно воскликнул Павел Васильевич.

— А вы еще не поняли? — насмешливо осведомился голос из динамика. — Вы больше не имеете власти в этом городе. Теперь Санкт-Эринбург принадлежит нам.

Гидеон обхватил щупальцами Эмилию Гордуновскую, затем часть его отростков убралась обратно в разбитое окно. Мужчина и женщина взмыли в воздух и выпорхнули из кабинета.

Потрясенные Панкрат и Павел Васильевич подскочили к окну.