Попаданка в русалку

Но вот покупать рабов-пустынников было можно, и, если с документами все в порядке, владеть ими до окончания срока действия ошейника. Обновить такой срок в Империи официально было невозможно, а на деле — кто знает, на что способны маги. Встречались в Империи и рабы-орки, иметь таких было особым шиком среди аристократов, так что гражданство Империи спасало от рабства только местных жителей, а значит и мне лучше поскорее получить их документы, чтобы себя обезопасить.

Мы выбрали заодно имя моему умершему мужу — Наум Бороув.

Фамилия эта была очень распространена среди иперцев, в основном, среди крестьян, но и среди купцов средней руки тоже. Муж мой должен был происходить из Каркуса — далекого от побережья и столицы городка в предгорьях на северо-западе страны, так что в тех местах, где мы могли высадиться, никаких потенциальных родственников по мужу у меня быть не могло. А мне следовало привыкнуть откликаться на имя Арина Бороув. Так как я по легенде родом с остров, имя менять не стала — кто их знает, какие у местных должны быть имена.

Перед тем, как плыть за кораблем, я срубила водными лезвиями среди и так уже поредевшей рощицы несколько пальм, а после высосала из них воду по максимуму. Было странно наблюдать, как листья их на глазах желтеют, коричневеют и скукоживаются без влаги. Потом щупальцами подтащила их ближе к берегу и велела сложить большой сигнальный костер и подготовить все, чтобы его зажечь. Сказала, что в нужный момент, когда корабль будет достаточно близко, пришлю к ним Кракена, это будет сигналом, что надо зажечь огонь.

Предупредила, что не знаю, когда именно будет подходящий корабль, может вообще не сегодня, а через несколько дней, пусть не волнуются и ждут.

В общем, как мне показалось, подготовилась ко всему, а значит можно было приступать к самой волнительной части и воплощать мой план в жизнь. Главное — не вляпаться в такое же приключение, как с платьем.

Едва я отплыла от острова на достаточное расстояние, как остановилось, присела на дне, скрутив хвост, будто змея, и сосредоточилась.

Лежащие на дне корабли я вычислять уже умела, теперь следовало почувствовать расположение ближайших плавающих. Сперва я думала, что это будет просто, но оказалось, что не совсем. Я хорошо ощущала вещи, которые полностью погружены в воду, а с судами на ходу было сложнее. Пришлось представлять корабли так, как я видела их изредка со дна — проходящими над моей головой тенями в форме удлиненной капли или семечки.