Поединок. Выпуск 18

Почему ты, Михаил Иванович, с Бахтиным не разобрался?

– А почему, Григорий Львович, ты думаешь, что я не разобрался? Им Особый отдел Охранного отделения занимается. Так что Петр Федорович в самое время статейку организует. Тем более, Мануйлов. У него перо злое и хлесткое. На том и порешили."

"Иноков утром зашел в кабинет Филиппова и положил на стол протокол дознания.

– Показания шофера Сергея Шохина, он убийц по адресам покойных возил.

– Вот это дело. Отправляй Акулову. Теперь им не открутиться. Где Бахтин? – Дома пока.

Почернел весь из-за Ильина.

– Дружили они. Сколь ни печально говорить, но вакансия открылась. Ищи человека. – Подумаю. – А на примете есть кто?

– Трепов, помощник пристава. Склонен к сыскной работе. – А если Литвина?

– Рано еще. Пусть заматереет немного. Он как сыщик хорош, а здесь людьми командовать.

А Михаил Иванович Козлов нашел все-таки хитрый ход. Он попросил графа Щербатова, и тот пригласил его на обед в Английский клуб. Там, в курительном салоне он и нашел Акулова. Они мило раскланялись.

Козлов был человеком светским, устраивал раз в месяц рауты у себя на Фуршадской. В его доме бывало много нужных людей. Поэтому Акулов был с ним особенно любезен. Козлов присел в кресло рядом с ним, закурил сигару.

– Слышал, вас поздравить можно? – Он выпустил плотный шар дыма. – Да сделали кое-что.

– Но доказать-то трудно будет. Наша сыскная хватает кого ни попадя.

– Один точно убил Фоста. Это уже доказано. А на остальных свидетель показывает. Представьте дураков. Наняли в «Фортуне» таксомотор и разъезжали на нем из дома в дом.

Они убивали, а шофер ждал. Вот он-то и есть мой главный свидетель. – Он в арестантском доме?

– Зачем? Человек напуган, согласен на всемерное сотрудничество.

– Правильно мне говорили, Игорь Сергеевич, – сказал, вставая, Козлов, – вы действительно лучший следователь Петербурга. Позвольте откланяться. Двадцатого жду у себя. А то избегаете вы меня. Избегаете.

Манасевича-Мануйлова Усов застал в бильярдной у Доминика. В низком прокуренном зале свет ламп тонул в клубах табачного дыма.

За одним из столов играл редактор и хозяин «Вечернего времени» Борис Суворин. Мануйлов стоял в углу, он «держал мазу» за игру своего шефа. Игра по-крупному. Партия – «катенька».

– Петр Федорович, – обрадовался Мануйлов, – может, заложитесь?

– Да не до того, Иван Федорович. Дельце у меня к вам.

– То, о чем говорили, в отношении надворного советника Бахтина? – Именно.

Мануйлов потер большой палец правой руки об указательный.