Поединок. Выпуск 18

Он казался робким, даже испуганным и часто заикался.

– Вы договорились об ограблении заранее?

– Нет, сэр. Крис в автобусе сказал мне о магазине. Я давно хотел попробовать и делал все, как велел Крис.

– А что он велел?

– Чтобы я не беспокоился и лез за ним. А потом я делал то же, что и он.

– Вас схватили сразу. Вы пробовали вырваться?

– Сначала я вырвался. Но потом уже не сопротивлялся.

– У вас в кармане был кастет. Вы использовали его?

– Я даже не вспомнил о нем. Когда меня скрутили, я очень пожалел, что ввязался.

– Вы кричали приятелю, чтобы он задал полицейским. Что вы имели в виду?

– Я видел что-то похожее в кино, а Крис должен был отогнать полицейских.

– Вы знали, что Крэг будет стрелять?

– Я даже не знал, что у него с собой револьвер.

Этот ответ был явной ложью и произвел соответствующее впечатление на присяжных. Ответ имел определенные последствия при вынесении приговора. А следующее высказывание, которым Бентли хотел завоевать симпатии, окончательно погубило его.

– Что вы подумали, – спросил лорд Годдард, – когда вас схватили, а Крэг начал стрелять?

– Меня вовсе не схватили. Полицейский сбил меня с ног, и я просто остался лежать. Потом другой полицейский смотрел, чтобы я не встал. Если бы я захотел, то легко мог бы вывернуться. Но я не хотел быть с Крисом за трубой.

В этот момент обвинитель вмешался в допрос Бентли и попросил слова.

– Я констатирую, – сказал Хэмфри, в упор глядя на присяжных, – что обвиняемый Бентли не считал себя взятым под стражу, когда призывал своего приятеля убить полицейского и когда Крэг последовал этому призыву.

Тот, кто не находится под стражей, несет ответственность за все происходящее. В этом смысле Бентли виновен в преднамеренном убийстве наравне с Крэгом. Он ведь не кричал приятелю, чтобы тот прекратил стрельбу. Ничего подобного он не сделал. Наоборот, когда его стаскивали с крыши, он сообщил об этом Крэгу. Разве его слова не означали, что можно стрелять дальше, что крыша свободна?

– Я боялся, – пролепетал Бентли, – что он попадет в кого-нибудь, в полицейского или в меня.

Мы собирались грабить, но не убивать.

Защитник Крэга, адвокат Пэррис, согласился в своем заключительном слове, что его подзащитный виновен в смерти констебля Майлса. Он настаивал только на непреднамеренности убийства. В ночной темноте Крэг не мог целиться, он совершенно случайно попал полицейскому в лоб. Данный аргумент защитника был убедителен.