Подчинись мне (СИ)

Ко мне пришла.

Разворачиваюсь к душевой кабине. Хватаюсь за нее обеими руками. Иначе на полу расстелюсь.

Кажется, вспарываю ступню осколком. Но почти не чувствую.

Я вообще ничего не чувствую сейчас. Пустота.

А так хотелось ее... каждый день. В руках своих держать. Рядом чтобы.

А попадались только заменители. Безликие. Такие же пустые внутри, как и я. Хотелось закрыть их блядские рты. Чтобы не слышать голоса. Не понимать, что не то. Не так. А потом опять видеть эти глаза. С обидой, ненавистью.

Воду включаю.

Она морозит кожу. Жжет. Рычу, но продолжаю стоять под струями.

— Тимур... - какой же охренительный голос.

Училка забирается в кабинку рядом со мной. Помогает сделать воду теплее. Но я горю и без того.

— Я здесь, - она прижимается ко мне. - И всегда буду. Теперь всегда... Твоя...

Варя намыленными ладошками гладит мое тело. Я же смотрю на нее и не могу понять. Что же ей нравится сейчас больше: я или то, что можно получить, будучи рядом.

— Прикажи мне, - шепчет девушка, глядя прямо в глаза. - Прикажи встать на колени. Ты ведь хочешь этого? Я очень хочу, - и улыбка. неестественная. Шлюшья.

Так смотрела на меня Маша. Она всегда смотрела именно так. И я верил.

С рыком накидываюсь на училку. Еще одна наглая лгунья. Пытаюсь схватить ее за горло, но оступаюсь. Ноги перестают держать. С грохотом врезаюсь в стену кабинки. Сползаю по ней.

— Сууукааа! - реву. - Ты такая же блядь, как все!

— Пап.

— Пожалуйста, прекрати это... Давай, я помогу тебе вылезти?!

Смотрю на Никиту, и усмешка натягивает губы. За что я с ним так? Сам ведь виноват. Трахался без резинки, а потом не дал Машке сделать аборт. Я выбрал это сам. Выбрал стать отцом. Так почему я такой хуевый отец? Почему ничего не чувствую?

— Твоя мать ничем не болела, - сообщаю.

Сейчас же самое подходящее время. Отвадить от себя последнего человека, кто еще испытывает чувства ко мне.

— Пап...

— Дослушай, блядь! Почему ты не слушаешь никогда?

Сын замолкает.

— У нее не было никакого рака. Она сдохла от передоза через два месяца после твоего, рождения. Машка просто отказалась от тебя еще в роддоме. А бабка с дедом перестали контролировать ее чистоту. А я так вообще первый раз подошел к тебе, когда тебе стукнуло полгода.

Никита замолкает. А я улыбаюсь довольно.