По остывшим следам

Так вот… – Калинин поднял на собеседника хитрые глаза: – Уже подбираемся к вашему путешественнику, Алексей Николаевич. Артамонов пробыл в походе к Нилу несколько месяцев. Потерялся для начальства. И военный министр Куропаткин послал на его поиски поручика Арнольди. По счастью, поручик встретил исчезнувшего героя на полпути к столице. Они вместе вернулись в Аддис-Абебу и выяснили, что англичане откуда-то знают все подробности приключений Артамонова. Содержание его рапортов, разговоры с негусом. Вплоть до деталей!

– Предатель?

– Да.

Изменник в русской миссии. Который сообщал лорду Китченеру обо всех дипломатических секретах русско-абиссинских отношений.

– И кто был этот человек?

– Выяснить не удалось. В Аддис-Абебе тогда болталось множество русских. Персонал госпиталя, наша дипломатическая миссия, духовная, торговцы, военные… В числе прочих, как сказал Артамонов, подозревали и Люпперсольского. Очень сильно подозревали! Но допросить не успели. Он поспешил отправиться в путешествие в глубь Африки.

– Где и попал в плен к племени туркана, – вспомнил сыщик.

– Ну, это он вам сочинил сказку про плен. А чем в действительности занимался, мы не знаем. И вот, Алексей Николаевич, думаю я, что дело было так…

Калинин отложил бумаги, откинулся на спинку стула и устало потер лоб.

– Дело было так, – повторил он. – Люпперсольский понял, что попал под подозрение. И счел за лучшее исчезнуть. Надолго, в дебрях, чтобы о нем забыли. И объявился спустя год на Дальнем Востоке под чужим именем.

– А как же он снова стал Борисом Андреевичем?

– Да просто все, – махнул рукой полковник.

 – Вы знаете, что заграничные паспорта в России одноразовые. Их отбирают на таможне при возвращении. Так вот, я выяснил, что паспорт Люпперсольского сдан не был. То есть он попал в страну другим путем. Через Китай! Считайте сами. Ваш приятель исчез в Африке в начале девяносто девятого. У Янковского появился в девятисотом. Через год навестил Петербург и Москву, напомнил о себе в Географическом обществе, статейки в журналах тиснул. Но задержаться в столицах побоялся – вдруг вспомнят в Военном министерстве о своих подозрениях? И вернулся в Забайкалье. Поступил в канцелярию Алгачской каторжной тюрьмы в девятьсот втором году, а исчез оттуда в девятьсот четвертом. После того, как подобрал Оберюхтина для кражи и нашел покупателя на икону… Мы запросили Читу, но они могли сообщить нам лишь самые общие сведения, все документы негодяй сжег, перед тем как сбежать. Дальше вы знаете.