Плохиш

Пусть хоть трижды неправильный."

"Он осторожно погладил большим пальцем ее подбородок, в который раз удивляясь, какая мягкая у нее кожа, и подтолкнул лицо Влады вверх. Она повернулась, жадно встретила его поцелуй. Отдалась вся разом, и от того, как трепетно поднялась на цыпочки, чтобы обвить своей рукой его шею, в голове стало шумно.

— Нет, - Стас не дал ей повернуться. Не сейчас, пока он еще может держать себя в руках. Хоть немного, хоть чуть-чуть, думать не только о своем спасении в ней, но и о ее ванильном сердце.

— У тебя не хватит «нет» для меня, Стас, - прошептала она. – Но, если ты хочешь уйти – уходи. На тех же условиях.

— Дал бы тебе по заднице за то, что умничаешь, - прорычал ей в губы он, и не смог сдержать вздох, когда Влада разорвала поцелуй и прихватила зубами его большой палец. Блядь, одного этого было достаточно, чтобы член сделался каменным. – Хочешь играть по-взрослому, Ванилька?

— Хочу... тебя, - выдохнула она. Без придыхания, без фальши – просто растворилась в признании.

Он опустил руку ниже, как бы невзначай прошелся ладонью по груди, взвинчиваясь до предела от ощущения ее возбужденных твердых сосков. Она снова ничего не надела под свитер?

— Готовилась раздеваться? – спросил он, с трудом подавляя желание вцепиться зубами ей шею, погладить языком эту проклятую, убивающую своим резонансом вену.

— Ну, теперь ты все равно уже не узнаешь.

Стас опустил ладонь, медленно забирая свитер выше, чтобы скользнуть пальцами по ее обнаженному животу, чтобы притянуть к себе так плотно, как возможно.

Влада застонала, прижалась губами к его ладони, выдавая совершенно потрясающий звук впервые в жизни осознанного желания.

— Хороших снов, Ванилька, - Стас отодвинул ее, одновременно делая шаг назад. – Увидимся завтра.

Уже на третьем светофоре, когда ему удалось остудить голову и успокоится, телефон моргнул фиолетовым маячком входящего сообщения в «вайбер».

Ванилька: У меня влажные трусики

Блядь!

Стас не знал, то ли рычать, то ли смеяться. Только взял себя в руки – и снова чуть ширинка на джинсах не лопается. Она же это нарочно. И откуда только нахваталась? Хотя нет, это же его ванильная принцесса – что думает, то и поет. Хотя наверняка осознает, как действуют ее слова.

Плохиш: Мне тебя почти жаль, Ванилька.

Ванилька: Почти?

Плохиш: Без комментариев

На следующем светофоре его «догнало» еще одно сообщение.