Пленница

Напряжение мгновенно взлетает, я чувствую больше его запаха. Пожалуйста-пожалуйста. Окончательно смутившись и растерявшись, я быстро и так нежно, как только могу, обнимаю его за шею. Не лезу больше к лицу, но глажу, ласкаю, как получается.

И он меня, наконец, обнимает за талию.

Боже. Едва оказываюсь в замке его рук, облегчение окатывает колоссальное. Колени слабеют. Выпросила, да? Пощады.

Сердце выскакивает. Я срываюсь на дрожь и льну к нему, а он наклоняется.

Его сухие губы едва касаются моего виска. Скользят вниз по щеке, линии скул.

Эмоции смывают остатки разума. Алтай целует мою шею жадно, с явным удовольствием.

И я сгораю! Как и в первый раз рассыпаюсь под его напором. При этом робею, понятия не имея, что делать дальше, чтобы ему нравилось.

А он не суетится совсем. Напротив, Алтай неспешно ведет рукой вдоль позвоночника - уверенно и ощутимо. Косточки прощупывает. Вверх, потом вниз до поясницы, снова вверх. То и дело сжимает меня, мягко мнет. И это действует потрясающие. Я думала, он будет хватать везде и всюду, а я терпеть, но в действительности же... Если в мире и есть что-то более приятное и расслабляющее, чем то, что он делает сейчас, то я этого ощущения не знаю.

Едва я осваиваюсь и начинаю отвечать, он обхватывает и сжимает шею. И тут же прижимается губами к щеке. Накрывает новой волной возбуждения.

Он резко вжимает меня в себя, одновременно нежит губами и языком. Задает быстрый темп, но едва я привыкаю, рвет его. Душу растравливая. Сбивая с толку.

Он не хватает за грудь и ягодицы. Только шея, спина и... подбородок. Боже, когда он в третий раз касается пальцами подбородка я буквально умираю от этого ощущения.

Разум отключается. Я откликаюсь на каждую ласку. На все, что он делает.

Робко глажу в ответ, дышу шумно, постанываю. Наша игра друг с другом становится центром мира. Алтай весь здесь, со мной, в этом мгновении. Он волнами темп ласк наращивается. Границы его нежности и грубости смазываются.

Он быстро стягивает майку, бросает на пол. И подхватывает меня под ягодицы.

Два шага, и впечатывает в стену. Наваливается всем своим, мать его, горячим телом.