Пепел

Причем предавали они его в одной постели.

— Только последнего не предавали, — хмыкнул Тулепс.

— Это как посмотреть, — возразил все тот же Мочалка. — Имена Гунивер и Ланалей тебе ни о чем не говорят?

— Ох уж эти заморочки южан, — покачал головой нордический лучник. — Все вы в собственность записываете. И меч у вас у героя именной, и конь бессмертный, и баба верная да послушная.

— Молчи презренный варвар! — засмеялся бородач.

— Сам ты варвар. Ну согрешила девка с рыцарем, и чего теперь? Яду они Королю не подсыпали, врагу тайны не выдавали.

Эш, слушая привычный спор двух не самых глупых людей, постоянно озирался по сторонам. Лед, как и вода, не лучший сосед существу, носящему в груди Имя огня. Волшебство, греющее сердце юноши, то и дело поддавалось дыханию снежных гор и цветочник начал ощущать как леденеют пальцы. Изо рта вырвалось первое облачко пара.

— А как же брачная клятва? — вскинулась жрица, гневно сверля глазами Меткого.

— А что брачная клятва? Это у вас южан — клятвы. У нас, у северян, кто сильнее тот и достойнее. Эголей, конечно, как правитель вполне приятная личность, но с мечом некоторые и половчее управлялись.

— Логическая неувязка, дружище, — почти плотоядно улыбнулся Мервин. — Сам говоришь, что у вас девки с любым лягут, а теперь утверждаешь, что имеется право сильного.

— Во-первых не с каждым, — тут же набычился Меткий. — Не передергивай мои слова.

— Ага, знаем-знаем. Сегодня у неё один фаворит, завтра другой. На каждого сильного всегда найдется сильнейший.

— Ты все слишком упрощаешь, — скривился Тулепс, будто только что залпом осушил кружку кислого пива. — Это я так — схематично говорю, а ты к словам цепляешься. Я к чему веду — женщина она не корова и не овца, — в присутствии двух дам никто не решился отпускать по этому поводу даже плоского намека, не то что полноценную шутку.

"— Этого я не отрицаю, — немного подумав, кивнул Мочалка. — Но измена есть измена и синоним ей — предательство. А как говорит один хорошо известный всем персонаж — “Самые темные уголки бездны будут ждать предателей и клятв-отступников”.

— Может ты и прав, — вздохнул лучник. — А может и нет.