Пепел

Алиса, подойдя ближе, провела пальцами по обледенелому стволу и дерево словно отозвалось её прикосновению, хотя, пожалуй, этот тихий шепот белых лепестков был слышен лишь Эшу.

Жрица, прикрыв глаза, произнесла по памяти:

На краю прекрасных гор,Там где вечен Арва’Лон,Спит несчастный Гревен’Дор,В сон Ана’Бри погружен.

Эш с улыбкой наблюдал за тем, как в глазах отряда засветилась жажда сокровищ и славы, что в данном случае было практически одним и тем же. Вряд ли среди приключенцев, родившихся близь восточной границы тринадцати королевств найдется хоть один, кто не слышал про древний замок.

— Ну да, волшебное дерево, — кивал пришедший в себя Тулепс, — но чего вы так на него таращитесь?

Волшебник, удивившись, вдруг понял что Меткий-то, как раз, с северных земель и про это диво не сном ни духом.

— Это же Ар’Валон! — не унималась Мери, чьи руки дрожали то ли от предвкушения, то ли от нервов.

— Арва… что? — переспросил лучник."

"— Ар’Валон, — поправил Мервин, хоть немного восстановивший душевное равновесие и отошедший от потрясения.

— Не знал, что ты любишь старые языки, — удивился Эш, так как сам он и на Всеобщем наречии изъяснялся с трудом, не говоря уже про многочисленные диалекты.

Защитник молча развел руками, словно говоря — «такой вот я таинственный и чудесатый».

— Но если он указует путь, — Лари, подошедший к склону, картинно приложил ладонь козырьком и всматривался в ледяную пустошь, изредка разрываемую черными клыками горных пиков. — То куда, демон всех задери, он указывает?! Здесь кроме снега, камня и дерьма Великанов ничего нет!

«Пни», захваченные врасплох появлением кусочка старой легенды, не обратили внимания на ругательства мечника. Народ, не поверив Криволапому, бросился к краю, но так и не увидел величественных шпилей волшебной твердыни, прославленной во многих сказаниях.

— Вот так всегда, — вздохнул Меткий. — Поверишь старым легендам, ринешься в бой, а никаких тебе сокровищ.

— Может это и к лучшему, — заметил Мервин. Впрочем глаза Мочалка резко контрастировали с его речами. Даже дурак бы понял, что и рыцарь не прочь поживится в закромах Гревен’Дора.