Галкино счастье

Парень в ответ закатил глаза. — То, чего я хотела, тебя не должно волновать! — резко бросила она. — Ты не должен в это влезать. А теперь еще раз: зачем ты этот сделал? Кто просил тебя нанимать кого-либо для ее устранения?

— Никто, — парень пожал плечами.

— Не лги мне! — баронесса повысила голос, белея от прокатившейся по венам ярости.

— А ты не ори на меня! — ответил парень, резко оборачиваясь к матери с раздражением. У него и так голова болела, а тут еще она.

Женщина на миг застыла, а потом медленно поднялась, глядя на сына свысока и с явным презрением.

— Я последний раз прошу тебя ответить на вопрос, — тихо произнесла она. От холода в ее голосе люди всегда ощущали дискомфорт. Сын баронессы фыркнул, показывая всем своим видом, что не впечатлен демонстрацией силы.

— Что тебе непонятно? — спросил он, бросая кусок недоеденной лепешки обратно на поднос. — Да, я пошел в одну из гильдий и заказал ее. Сам это сделал. Никто меня не просил. В это так сложно поверить, мама? Я услышал, что тупая корова резко поумнела.

— Он был твоим отцом, — ледяным голосом сказала баронесса.

— Правда? — парень снова фыркнул, изучая мать насмешливым взглядом.

Женщина прищурилась."

"— Ты сейчас хочешь обвинить меня в неверности? — прошипела она.

— Что ты, мама, как я могу? — молодой человек поднял руки, будто пытаясь защититься от направленной в его сторону агрессии. — Ты у нас сама добродетель.

Баронесса едва сдержала себя. Хотелось подойти к неблагодарному мальчишке и ударить его. Чем она занимается за закрытыми дверьми своей спальни, никого не должно волновать! Можно подумать, ее покойный муж хранил верность! Этот старый кобель перевалял всех молодых служанок в доме. И она это отлично знала!

— Зачем ты это сделал? — взяв себя в руки, снова спросила баронесса. Глубоко вздохнув, она подошла к окну и отвернулась от сына. Видеть его сейчас не хотелось. Несмотря на то что она горячо любила этого ребенка, иногда он проверял ее терпение на прочность.

— Я уже объяснил, — раздраженно ответил молодой человек. — Я не хочу, чтобы это тупое животное сунуло руку в то, что принадлежит нам по праву.

Баронесса снова вздохнула и потерла висок. У нее начала болеть голова. Она всегда считала, что ее сын очень умный человек, гордилась им, но сейчас ее уверенность в этом пошатнулась. Впрочем, его горячность простительна из-за возраста.